Ирвин Уэлш - Клей

Боль стихла, облегченный и благодарный, я стал распознавать очертания комнаты. На двух кроватях спят два чувака. Вместо того чтоб выяснять, кто это, я быстро и бесшумно выскочил, влетел в свою комнату, забрался под простыню и тут же отправился к морфею.

Проснувшись поутру, я сразу сообразил, что сортир как раз напротив моей комнаты, и черт меня дернул пройти мимо. Ну и хуй ли? Если не засекли с поличным, лапы на кассе, просто отрицай все. Ничего не знаю. Душ здесь потрясный, для такого старого дома – просто хай-тек, и я долго стоял под ним, и сильные струи выбивали из меня сон. Затем я вытерся, оделся и спустился вниз. Голли уже встал и сидит в патио, из которого открывается вид на большой сад. Но утро туманное, и особо ничего не разглядишь. Биррелла еще не видать.

– Доброе утро, мистер Гэллоуэй, – салонным тоном.

– Мистер Юарт! – откликнулся он в том же духе, настроение у него, похоже, отличное. – Как поживаете, мой добрый друг? Как настроение нашего парняги?

– Превосходно, мистер Г. А где Белка-шпион? Что с нашим важным спортсменом? Он все еще точит на нас зуб за то, что мы разрулили для него бесплатную хату? – засмеялся я. – Или он уже забрался в курятник в поисках яиц?

– Скорее, чешет яйца, валяясь в койке, ленивая тварь. Я так и не смог его разбудить. Тот еще спортсмен!

Я стал рассказывать Голли о своем сне.

Сны – хитрая штука, это точно. Я об этом много читал, все от популярной психологии до Фрейда, но наверняка никто ничего не знает. Вот что бесит меня больше всего. В этом мире слишком много упырей, готовых объяснить, что к чему. То есть то, как они это видят . Какого хуя они так уверены? Где, бля, смирение перед лицом удивительного многообразия и сложности бесконечной Вселенной?

– Похоже на полный бред, – рассмеялся Голли, но я думаю, ему по кайфу, что во сне он оказался лучшим.

– Тебе-то небось тоже снится всякая чертовщина, – говорю.

Тем временем на балкон вышел Билли.

Голли замотал головой.

– Не-а, мне ничего не снится, – говорит.

Билли не на шутку рассержен, в руках у него мокрый спортивный костюм.

Мое тактическое решение – какое-то время просто не обращать на него внимания. Голли его еще не заметил. По мне, так полный бред – это то, что говорит Голли. Сны всем снятся.

– Не пизди, Голли, все тебе снится, ты просто не запоминаешь, наверное, потому что спишь слишком крепко.

– Не-а. Мне ничего не снится, – уперся Голли, из него хуй что вытянешь.

– А в детстве?

– Если только совсем маленький.

– Ну а тогда?

– Не помню, так, всякий бред, – сказал он, глядя в сад. Туман потихоньку рассеивался.

Билли принес насквозь промокший спортивный костюм и кроссовки, держа их кончиками пальцев на вытянутой руке. На плече – вывернутая спортивная сумка. Какое-то время он всем этим помахивает. С брезгливо-сердитой гримасой он повесил все это на решетку балкона. Я прям в комок сжался на стуле.

– Гэллоуэй, это ты обоссал мой спортивный костюм?

– Ты чего, Билли? – спросил тот.

Билли выкрутил и выжал спортивные штаны.

– У меня в сумке лежала беговая одежда, так вот ее пришлось постирать, потому что вся она промокла и воняла, и похоже, что какая-то сука на нее нассала, – сказал он, понизив голос. – Это, наверное, тот кот, мешок с дерьмом, сука. Вот беспредел-то. Если только близко подойдет, пизды получит, точняк.

– Мы воспользовались гостеприимством, – заметил Голли, – так что не стоит бычить на хозяев, Билли.

– Я ни на кого не бычу. Если б я забычил, я б уже все знал наверняка. Костюмчик мой, пиздец… это никуда не годится.

– Мы должны будем отплатить им тем же – принять их в Эдинбурге, – говорю.

– Ага, в наш гадюшник, – отозвался Голли, – вот они порадуются.

– Да нет, – говорю, – у меня есть хата, у Билли тоже. Места достаточно.

– Ну конечно, у вас с Билли прелестные квартирки в центре, как я мог забыть об этом? – осклабился он. – И не ссал я на твой драгоценный костюмчик, еб твою.

Мы с Билли закатили глаза. Это на Голли не похоже.

– Что за хуйня, – говорю, – вы оба не с той ноги встали. Я уже почти соскучился по Джусу Терри.

Из кухни пришли Вольфганг и Марсия, они приготовили завтрак.

– Доброе утро, друзья… как дела? – спросил Вольфганг.

– Чтоб этот кот больше мне на глаза не появлялся, – заявил Билли.

– Простите… а что случилось?

Голли рассказал, что знал.

– Простите, – повторил он.

– А что мне твое «простите». – Билли занесло, Голли пихнул его локтем. – Понимаешь, костюм… мне же нельзя прерывать тренировки. Я должен хотя бы по пять миль в день пробегать.