Джо Фауст - Демоны Боддеккера

— А теперь тебе лучше уйти, пока мы оба с тобой в окошко не выбросились.

Он слабо засмеялся.

— Да. Спасибо за все, Боддеккер.

— Я бы пожелал тебе удачи, но я не верю в нее. Мы сами творим свое будущее, Депп. Ты поступаешь правильно.

— Да. Ну, пока.

Он повернулся и ушел, и я больше ничего не сказал. Просто выждал, пока он не скроется в конце коридора, а потом потушил свет и направился к лифтам.

Со времен появления Дьяволов в «Еженощном шоу» у выхода из здания постоянно царило такое столпотворение, что оно уже воспринималось всего лишь с легким неудовольствием, как гул толпы в час пик в подземке. Но сегодня, выходя из лифта, я внимательнее вгляделся в людское месиво, блокирующее поток транспорта и превращающее приход и уход в ежедневное испытание. Там были молоденькие девушки, размахивающие плюшевыми мишками и лифчиками, — они выкололи на теле кровоточащие сердечки с портретами своего любимого Дьявола. Стоило кому-нибудь появиться в вестибюле, девчонки разражались пронзительными криками.

Еще там толпились легионы «Теч-бойз». Многие из них накопили достаточно карманных денег или ограбили достаточно стариков, чтобы купить слейты плакатного формата, и заполняли их отчаянными и жалостными мольбами, тщась приобщиться к этому странному феномену. «Наймите и меня!» — гласил один плакат. «Хочу стать следующим Дьяволом!» — взывал другой. Третьи пытались заполнить мерещащуюся им брешь. Самые проникновенные попытки звучали так: «Я — ваш новый пятый» или «Я тоже играю на саксе!».

Но более всего удивляло присутствие в этой толпе взрослых. Почтенные матроны, пышные груди которых так и рвались из-под футболочек с надписью «Начисть и МЕНЯ, Ферман!», распевали «Роботеткой тебе стану», едва кто-либо появлялся у дверей агентства. Мужчины, вырядившиеся в полное облачение Дьяволов — армейские склады в два счета избавились от завалявшегося обмундирования времен Норвежской войны, так что теперь изысканные кутюрье шили дорогие бронекуртки для избранных, — вздымали кулаки в воинственном салюте и призывали Фермана повести их на ненавистных немцев. Удивительное зрелище. И жуткое.

— Думаете рискнуть? — поинтересовался кто-то из охранников.

Я пожал плечами.

— Надо же мне как-то выйти. Не говорите им, кто я такой.

— Они и сами без труда это вычислят, мистер Би. Охранник подозвал второго, они натянули шлемы и взяли фибергласовые щиты.

— Знаете, — философски заметил страж, — я стою тут день-деньской, гляжу на этих людей, вот мне и подумалось. Кабы мы вырыли перед домом яму побольше, да подождали, пока весь этот сброд ее наполнит, желая увидеть своих героев, а потом вызвали бы пару бульдозеров, да и закопали бы все к чертям собачьим — сколько бы мировых проблем разом решили, а, мистер Би?

Я улыбнулся уголком губ.

— По-моему, лучше начать с того, чтобы скинуть в эту самую яму Фермана с его парнями — с самой крыши.

Охранник засмеялся.

— Да, как у Гаммельнского Крысолова.

Его прервал возмущенный вопль с другого конца вестибюля.

— Не след вам так говорить, мистер Боддеккер! Я оглянулся на источник шума.

— Я имею в виду, ведь это вы создали их, а они принесли вам славу, верно?

Это оказался Весельчак. Он шел ко мне, укоряюще грозя пальцем. А когда подошел чуть поближе, я разглядел его свитер. Карикатура с изображением президента Барра, привязанного к крышке письменного стола в Овальном кабинете. А Ферман с дружками стояли, попирая его ногами — совсем как попирали ногами дублера покойного Ранча Ле Роя. А поверх шла ЗD-надпись светящейся краской: «Дьявалы впиред!».

Я прикрыл лицо рукой, но было уже поздно. Весельчак мгновенно заметил, как я огорчен.

— Мистер Боддеккер? Что случилось? Я опустил руку.

— Ты сам это рисовал?

Он покачал головой и гордо ткнул себя в грудь.

— Купил!

Я сглотнул. К горлу подступал тошнотворный комок. Хорошо, что я давно не ел.

— Все. Это зашло слишком далеко.

— Право, мистер Боддеккер, — успокаивающе произнес охранник. — Он ведь ничего такого не имеет в виду. Просто не подумал как следует.

Я поглядел на охранника.

— То-то и оно. Знаете, что я вам скажу? Начинайте рыть эту вашу яму. И выройте ее поглубже.

— Дьяволы упадут? — спросил он.

— Даже если мне придется самолично спихнуть каждого из них, — твердо пообещал я.

Пембрук, Холл, Пэнгборн, Левин и Харрис.

«Мы продаем Вас всему миру с 1969 года»

Офисы в крупнейших городах: Нью-Йорк, Монреаль, Торонто, Сидней, Лондон, Токио, Москва, Пекин, Чикаго, Осло, Филадельфия, Амарилло.