Джо Фауст - Демоны Боддеккера

Я отправился в малый конференц-зал и прибыл туда последним из нашей группы. Хонникер из Расчетного отдела ждала меня перед дверью со стопкой слейтов в руках.

— Я проверила состояние твоих акций, — улыбнулась она. — Твои деньги уже удвоились. Если сумеешь дожать семейку насчет времени переезда, мы вселим тебя туда уже к концу октября.

— Думаю, как-нибудь дотяну, — пробормотал я и двинулся к двери.

Лицо у нее вытянулось.

— Прости, Боддеккер. Я могла бы подобрать тебе что-нибудь побыстрее, но там слишком много сопряженного риска…

— Извини, — сказал я, поворачиваясь к ней. — Дело не в тебе и не в акциях. Сегодня у меня не самый удачный день.

Улыбка ее изменилась.

— Что ж, с этим я, пожалуй, справлюсь. Хочешь, посидим подольше после ужина?

На миг я замер. В воздухе так и витало слово «исцеление».

— Посмотрим, как пройдет совещание.

Мы вошли в комнату. Левин поглядел на нас.

— А вот и они. — Он улыбнулся самой нелевинской улыбкой, какую я когда-либо видел. — Золотая чета Пембрук-Холла.

Я смущенно кивнул и выдвинул кресло для Хонникер.

— Как продвигается ролик для «С-П-Б»? — осведомился старик.

— Я бы уже закончил, не выдерни меня феррет на совещание, — с деланным смешком ответил я.

— Что ж, они могут и подождать. Сам поймешь почему, как только мы перейдем к делу.

Я встряхнул головой, разгоняя туман. И почему это всякий раз, когда я приходил сюда, все остальные словно бы опережали меня на десять шагов?

— Перед тем как мы начнем… — Я на миг умолк, чтобы прочистить горло. — Прежде чем мы начнем, я бы хотел обнародовать тот факт, что из-за ухода мисс Бэйнбридж наша группа лишилась лингвиста. Прошу разрешения связаться с отделом кадров и начать поиски новой кандидатуры.

— Мисс Бэйнбридж? — недоверчиво переспросил Левин.

— Да, сэр, — ответила Дансигер. — Уволилась без предварительного уведомления об уходе.

Харбисон и Мортонсен улыбнулись. Левин покачал головой.

— Хорошо. Вам, разумеется, необходим новый лингвист, принимайте меры. Только, Боддеккер…

— Сэр?

— Постарайся больше не брать таких, как мисс Бэйнбридж. Славная была девочка, но больно уж фототропична. Кто-нибудь, отметьте, что нам пора перестать принимать таких на работу.

— Уже, — отозвался Финней, барабаня по клавишам ноутбука.

— Ну ладно, — провозгласил Левин. — Довольно сплетен. Пора начинать.

Он повернулся к Мак-Фили и кивнул. Мак-Фили нацепил на лицо самодовольную улыбочку и сообщил нам, какой подканал загружать. Комната наполнилась треском пластика.

— Если помните, — начал он, — после выхода «Их было десять» множество компаний обратились к нам с предложением сделать Дьяволов фирменным лицом своего товара. С тех пор количество подобных предложений росло экспоненциально.

На наших экранах появился ряд цифр — раздались общие возгласы удивления.

— Но это лишь верхушка айсберга, — продолжал Мак-Фили, нажимая на клавишу. — Теперь мы видим, что лицензирование имиджа — самая незначительная часть кампании. Фактически эти предложения были лишь предвестниками того, что происходит теперь.

Изображение на экране моего ноутбука замигало.

— Как видите из предварительного выпуска «Рекламного века», другие агентства пытаются перехватить знамя у нас из рук, воспользоваться нашими идеями. Возникла настоящая гангстерская лихорадка — все агентства стараются заполучить контракт с какой-нибудь из уличных шаек.

— Вы, верно, шутите! — воскликнул я. Мак-Фили покачал головой.

— Взгляни на свой ноутбук, Боддеккер. За десять дней до написания «Рекламным веком» этой статьи «Штрюсель и Штраусе» подписали контракт с Мародерами. Агентство «Апрель-май-июнь» связались с Сучками, с женской бандой, «Мак-Маон, Тейт и Стивене» наняли Кровавых Кулаков, «Браскетт, Макальпин и Гейне» — Яростных Ящеров. А самое интересное… — Он сверился с данными на экране. — Да, вот оно. «Рамси и Сын» подписали контракт с бандой под названием Дьяволы с Девяносто восьмой улицы. Они выгнали нескольких прежних членов банды, выбрали нового вожака и теперь зовутся Дьяволы Фримена.

— Вот подонки! — прорычал Финней. — Они даже не слыхали, что значит такое понятие, как «этика».

— Вся суть в том, — сказал Левин, — что теперь нам нельзя ограничивать Дьяволов только рекламной кампанией «Наноклина». Надо выжать из них все возможное, пока мир не успел пресытиться уличными бандами.

— То есть? — уточнила Дансигер.