Брет Эллис - Гламорама

Я подношу руку ко лбу и трогаю его. Этот жест заставляет Бентли резко повернуться и снять наушники.

— Что стряслось с тобой? — спрашивает он самым невинным голосом, но ему не удается удержаться, и по лицу его начинает расплываться улыбка.

— Что ты такое делаешь? — спрашиваю я безразлично.

— Я рад, что ты вернулся, — говорит Бентли. — Бобби хотел, чтобы я кое-что тебе показал.

— Что ты такое делаешь? — спрашиваю я снова.

— Это новая программа, — говорит Бентли. — Kai's Photo Soap для Windows 95. Хочешь попробовать?

Пауза.

— А что… что она делает? — спрашиваю я, сглатывая слюну.

— Она улучшает качество изображения, — говорит Бентли капризным тоном.

— И как… как она его улучшает? — спрашиваю я, дрожа от холода.

Фотография с постельной сценой вновь сканируется, и Бентли старательно нажимает на несколько клавиш, время от времени заглядывая в странички, вырванные из буклета, которые лежат на столе рядом с компьютером. Не проходит и пяти минут, как моя голова — в профиль — без единого шва приращивается к телу того самого заурядного типа, что трахает Сэма Хо. Бентли увеличивает изображение и кивает, удовлетворенный.

— Все, что для этого нужно, — говорит Бентли, глядя на меня, — это большой хард-диск и немного терпения.

Я пытаюсь сказать:

— Это… это круто… это очень круто, — но тут волна тошноты подкатывает к моему горлу, и я затыкаюсь.

Бентли снова ударяет по клавиатуре. Фотография исчезает. Экран пуст. Он нажимает еще две клавиши, затем вводит имя файла и команду.

На экране появляется целая серия фотографий, которые быстро сменяют друг друга.

Сэм Хо и Виктор Вард в десятках позиций, обнаженные и возбужденные, целый порносериал.

Бентли, довольный, откидывается на спинку стула, закидывает руки за голову — он выглядит как будто герой кинофильма, хотя по соседству не видно ни одной камеры.

— Хочешь посмотреть еще один файл? — спрашивает Бентли, но в моем ответе он не нуждается, потому что уже нажал на соответствующую клавишу. — Что бы нам посмотреть? — рассуждает он вслух.

Экран вспыхивает. Бентли вводит команду. Перед нами появляется список, каждый пункт в котором помечен датой и номером файла.

«ВИКТОР» Показ КК

«ВИКТОР» В «Telluride» с С.Ульрихом

«ВИКТОР» Концерт Dogstar с Киану Ривзом

«ВИКТОР» Юнион-сквер с Лорен Хайнд

«ВИКТОР» Майами, Оушен-драйв

«ВИКТОР» Майами, вестибюль, «Delano»

«ВИКТОР» на борту «Королевы Елизаветы II»

«ВИКТОР» с Сэмом Хо

«ВИКТОР» в «Pylos» с Сэмом Хо

«ВИКТОР» в «Sky Bar» с Рэндом Гербером

«ВИКТОР» съемки для «GQ» с Дж.Филдс и М.Бергином

«ВИКТОР» кафе «Flore» с Брэдом, Эриком и Дином

«ВИКТОР» Институт политических наук

«ВИКТОР» Нью-Йорк, «Balthazar»

«ВИКТОР» Нью-Йорк, концерт Wallflowers

«ВИКТОР» у Аннабель с Дж.Фениксом

«ВИКТОР» угол 80-й и Парк-авеню с Э.Пул

«ВИКТОР» в «Чертовой кухне» с DJ Микой, Нью-Йорк

Бентли проматывает список, и становится ясно, что он занимает не одну страницу.

Бентли начинает стучать на клавиатуре, загружая новые фотографии. Он усиливает цветность, подправляет оттенки, увеличивает и уменьшает резкость. Пройдя цифровую обработку, губы становятся толще, веснушки исчезают, топор возникает в чьей-то протянутой руке, «БМВ» превращается сначала в «ягуар», а затем в «мерседес», который, в свою очередь, превращается в метлу, из метлы — в лягушку, из лягушки — в швабру, из швабры — в плакат Дженни Маккарти, номера на номерных знаках меняются, количество крови на снимке места преступления увеличивается, необрезанный пенис превращается в обрезанный. Стуча по клавиатуре, сканируя изображения, Бентли добавляет размытость, чтобы создать видимость движения (снимок «Виктора», занимающегося бегом трусцой на набережной Сены), добавляет блики (в какой-то забытой Богом пустыне в восточном Иране я, в солнцезащитных очках и с недовольной миной на лице, обмениваюсь рукопожатиями с присутствующими, а у меня за спиной стоят какие-то бензовозы), он увеличивает зернистость, он производит — он сам выдумал этот термин — «бесшовное удаление людей».

— Скоро таким образом можно будет звезды двигать, — говорит Бентли. — Судьбы менять. Фотография — это только начало.

После очень долгого молчания я тихо говорю, не сводя глаз с монитора компьютера:

— Мне не хочется расстраивать тебя, но… но я думаю, что ты — ублюдок.

— Был ты там или не был? — спрашивает Бентли. — Все зависит от того, у кого спросить, да и это теперь не играет особой роли.