Дневник. 1900 г.

17 Н. 1900. Москва. Нездоровъ, но живу духомъ. Ничего не писалъ.

Боже мой, какъ трудно жить только передъ Богомъ — жить, какъ жили люди, заваленные въ шахтѣ и знающіе, что они оттуда не выйдутъ и что никто никогда не узнаетъ о томъ, какъ они жили тамъ. А надо, надо такъ жить, п[отому] ч[то] только такая жизнь есть жизнь. Помоги мнѣ Господи.

18 Н. 1900. Моск. Утро. Здоровье лучше. Писать ничего не хочется. Обдумываю безъ лѣни кое что. Вчера узналъ, что журна[лъ] будетъ разрѣшенъ. Надо быть готовымъ бросить его равнодушно.

Сейчасъ думалъ:

Я могу временами жить для Бога, помня смерть, думать только о своей душѣ, объ улучшеніи ея такомъ, к[акое] нужно не только здѣсь, но и тамъ. Могу и жить для этой жизни, отдаваясь своимъ стремленіямъ. Но того, чтобы соединить и то и другое, этого не могу. А это одно и нужно.

Слышалъ 372 372 Написано поверх слова: Читалъ. — Далее зачеркнуто: Л[евино] разговоры о Л[евиномъ] сочиненіи и заглянулъ въ книгу и не могу побѣдить отвращенія и досады. Надо учиться.

[ 19 ноября ]. Опять пишу утромъ, 19 Н. 1900. Москв [ а ].

Потому утромъ, что ничего не могу дѣлать. Стараюсь пріучиться къ этому и не роптать. Внутренняя работа идетъ, и потому не только [не] роптать, но радоваться надо. Удивительно устроенъ человѣкъ. Или здѣсь работай, или готовься для работы тамъ. Самая же лучшая работа здѣсь тогда, когда готовишься для работы тамъ.

Много ходилъ съ М[ихаиломъ] С[ергѣевичемъ]. Я его начинаю просто любить. Былъ у Буланже. Онъ очень боленъ. Говорилъ съ Филипповымъ о марксизмѣ.

Записано:

1) О нелѣпости просительной молитвы. Каково бы было положеніе тѣла, если бы каждая клѣточка могла просить — и съ успѣхомъ — Бога о томъ, чтобы для нея были по ея желанію размѣщен[ы] клѣточки или чтобы не умирала она сама и тѣ клѣточки, котор[ыя] ей пріятны.

23 Н. 1900. Москва. Продолжается все та же слабость, но слава Богу продолжается и то же душевное спокойствіе, по крайней мѣрѣ увеличеніе этого спокойствія и доброты.

Конфуц[ія] ученіе о томъ, чтобы быть особенно внимательнымъ къ себѣ, когда одинъ, все еще приноситъ плоды.

Думалъ за это время:

1) Пѣсня Капказъ; 2) Все забылъ, а было 3. Помню только:

1) Мы, богатые класы, разоряемъ рабочихъ, держимъ ихъ въ грубомъ непрестанномъ трудѣ, пользуясь досугомъ и роскошью. Мы не даемъ имъ, задавленнымъ трудомъ, возможности произвести духовный цвѣтъ и плодъ жизни: ни поэзіи, ни науки, ни религіи. Мы все это беремся давать имъ и даемъ ложную поэзію — «Зачѣмъ умчался на гибельный Капказъ» и т. п., науку — юриспруденцiю, дарвинизмъ, философію, исторію царей, религію 373 373 Зачеркнуто: православіе или — церков[ную] вѣру. Какой ужасный грѣхъ. Если бы только мы не высасывали ихъ до дна, они бы проявили и поэзію, и науку, и ученіе о жизни.

Нездоровится сейчасъ.

24 Н. 1900. Москва. Е. б. ж.

[ 24 ноября ]. Живъ и пишу. Какъ будто нѣсколько бодрѣе себя чувствую. Получилъ письмо отъ М[аши] и Сер[ежи]. Плакалъ радостными слезами. Какъ благодѣтельно несчастье.

Вспомнилъ два пункта, забытые вче[ра]:

1) Легко 374 374 Зачеркнуто: отдаться или, по крайней мѣрѣ, возможно — и я могъ бы отдаться служен[ію] одному Богу: молитва, монастырь. Но дѣятельность эта 375 375 Зачеркнуто: очев не удовлетворяетъ — всегда недовольство и возможность бросить. Тоже возможна и легка дѣятельность для людей — общественная, но тоже ее ждетъ разочарованіе. Твердо только 376 376 Зачеркнуто: дѣятельность служеніе Богу черезъ служен[іе] людямъ. И такое служеніе есть только служеніе любовью. (Нехорошо.)

2) Единственно захватывающая все существо и не подлежащая разочаровань[ю] и въ к[оторой] нѣтъ соревнов[анія] дѣятельность есть самосовершенствование въ любви. Захватывающее одно самосоверш[енствованіе] въ чемъ бы то ни было. Но во всемъ есть предѣлъ и есть зависть къ больш[е] успѣвшимъ — во всемъ, кромѣ любви.

26 Н. 1900. Мос. Утро. Вотъ уже больше мѣсяца, съ переѣзда къ Танѣ 18 гоОкт[ября], что я ничего не пишу; мнѣ, по крайней мѣрѣ кажется, что не могу работать: нѣтъ охоты, нѣтъ мыслей, нѣтъ вѣры въ 377 377 Зачеркнуто: себя важность своихъ мыслей, въ возможность выразить ихъ связно. Радуюсь тому, что это не мѣшаетъ мнѣ работать нравственно и кажется, что не совсѣмъ безуспѣшно: нѣтъ недоброжелательства. Успѣхъ въ добрѣ тѣмъ еще хорошъ, что нельзя гордиться, тщеславиться, даже утѣшаться имъ. Успѣхъ этотъ только тогда успѣхъ, когда онъ незамѣтенъ самому себѣ.