Михаил Булгаков - Том 2. Роковые яйца

— Без снимка, доктор говорит, непорядок.

— Ну так и быть, ползи к начальнику.

— Драсте… Кхе… кх! А кха, кха!

— Кашляй в кулак. Чего? Билет? Не полагается. Ты прослужил только два месяца. Потерпи еще месяц.

— Без снимка помру.

— Пойди на бульвар да снимись.

— Не такой снимок. Вот горе в чем.

— Пойди, потолкуй с бухгалтером.

— Здрасте.

— Стань от меня подальше. Чего?

— Билет. За снимком.

— Голова с ухом! У меня касса, что ль? Сыпь к секретарю.

— Здра… Тьфу. Кха. Рррр!..

— Ты ж был у меня уже. Мало оплевал? Иди к начальнику.

— Здравия жела… Кха… хр…

— Да ты что, смеешься? Курьер, оботри мне штаны. Катись к доктору!

— Драсти… Не дают!

— Что ж я сделаю, голубчик? Идите к начальнику.

— Не пойду, помру… Урр…

— А я вам капель дам. На пол не падай. Санитар, подними его.

ЧЕРЕЗ ДВЕ НЕДЕЛИ

— С нами крестная сила! Ты ж помер?!

— То-то и оно.

— Так чего ты ко мне припер? Иди, царство тебе небесное, прямо на кладбище!

— Без снимка нельзя.

— Экая оказия! Стань подальше, а то дух от тебя тяжелый.

— Дух обыкновенный. Жарко, главное.

— Ты б пива выпил.

— Не подают покойникам.

— Ну, зайди к начальнику.

— Здрав…

— Курьеры! Спасите! Голубчики, родненькие!!!

— Куда с гробом в кабинет лезешь, труп окаянный?!

— Говори, говори скорей! Только не гляди ты на меня, ради Христа.

— Билетик бы в Москву… за снимком…

— Выписать ему! Выписать! Мягкое в международном. Только чтоб убрался с глаз моих, а то у меня разрыв сердца будет.

— Как же писать?

— Пишите: от станции Зерново до Москвы скелету такому-то.

— А гроб как же?

— Гроб в багажный!

— Готово, получай.

— Покорнейше благодарим. Позвольте руку пожать.

— Нет уж, рукопожатия отменяются!

— Иди, голубчик, умоляю тебя, иди скорей! Курьер, проводи товарища покойника!

«Гудок», 27 июня 1924 г.

КРЕ-ДИ-ТОВ НЕМА!

На ст. Сагуны Ю.-В. ж. д. есть баня. Бедная! Одинокая! Ни одна живая немытая душа не заглядывает в нее.

Почему? — спросите ПЧ ст. Евстратовка, коему банный котел послан для ремонта еще в январе месяце. Он насупится и изречет:

— Кре-ди-тов нема!

А потом — скороговоркой шепотом:

— Управление задерживает!

И он прав. Нужно поторопить почтенное управление, чтобы оно разрешило, наконец, кредит на ремонт старого котла или же на покупку нового.

Рабкор 210.

ЧТО ПРОИСХОДИТ НА СТ. АНДИЖАН СР. АЗ. Ж. Д.

Баня разваливается.

Рабочие чешутся, срывая с немытого тела полуторавершковые пласты грязи.

ПЧ благодушно щурится на солнышко и гладит свое чистое белое тело (у него есть баня на другой станции).

Все это происходит под одобрительное молчание управления.

Рабкор 644.

ЧЕТЫРЕХЛЕТНЯЯ ВОЛОКИТА

Происходит она на ст. Лиозно Ор. — Вит. ж. д. Предмет сей волокиты — баня. Камень преткновения ее — ремонт.

Уже несколько раз подвозили материалы, открывали и закрывали кредиты.

Уже 13 раз служащие протоколами общих собраний взывали к помощи учкпрофсожа. Уже 2 раза писали в «Гудок».

Но… воз и ныне там. Материал, подвезенный для ремонта бани, гниет.

Лиозновцы в количестве 120 человек обрастают грязью. А волокита торжествует. По чьей вине — неизвестно. Вот на выяснении этого мы и настаиваем.

Булавка.

РАССКАЗ ОСКОРБИТЕЛЯ НРАВСТВЕННОСТИ

Меня схватили на ст. Бахмач М.-К.-В. ж. д., когда я в голом виде среди бела дня бежал по платформе. Но я не виноват. Чес- слово, не виноват! Пускай читатель будет мне судьей.

Я приехал на эту станцию — на Бахмач, значит, по делам. Время — неважно.

Ну и захотел помыться. Гляжу — баня. Зашел.

Батюшки-светы. Как оттуда шибанет вонью, дымом! Да ветер сквозь стены: У-у-у! У-у-у! Одначе я себя пересилил. Разделся.

Холод в бане. Гляжу — тридцативедерный чан с водой. А кругом человек пять местных. Смеются чего-то. Ты, говорят, водичку эту с почтением набирай! Мы ее из колодца через раздевальную таскаем! Взялся, значит, шайку погрузил в чан, вынул… караул!

Запрыгали оттуда лягушки, ящерицы… Да на живот мне… да по ногам…

Разве я виноват, читатель! Разве ты не сделал бы то же самое!

Правдивость рассказа удостоверяю «Зоркий»

ПЧ «УЩЕМИЛ»

Теплотехника ст. Обидино С. В. ж. д. постановила:

— Отпускать для бани топлива 0,50.

Но ПЧ-2 распорядился иначе:

— Глупости! Не 0,50, а 0,12! Хватит и этого! Да! Вот еще что! С этой самой секунды пускай служащие сами топят баню. Рабочей силы больше не буду давать.