Мао Дунь - Избранное

2 октября

Мои догадки оправдались.

Совершенно неожиданно Ф. стал обо мне усиленно заботиться. Наверно, тоже решил воспользоваться случаем. Я не хотела его разочаровывать и, нежно улыбнувшись, сказала:

— Они, видимо, решили подшутить надо мной, я знаю. Увидят, что испугалась, и обрадуются. Верно? Поэтому лучше всего не обращать внимания.

— Только смотри не просчитайся! — Он оглянулся по сторонам и, убедившись, что поблизости никого нет, понизив голос, добавил: — Я знал людей, которые рассуждали, как и ты, но это кончилось для них настоящей трагедией.

— Неужели? — Я и верила, и не верила. И голос его, и поведение казались мне искренними и в то же время фальшивыми. Я пристально посмотрела ему в лицо, и вдруг на душе у меня стало тревожно.

— Тебе что-нибудь известно… обо мне? — ни с того ни с сего выпалила я. — Можешь сказать?

— Здесь нет. Надо найти подходящее место.

Меня словно кольнули иглой, и, зло усмехнувшись, я ответила:

— Ты прав. Как только представится случай, я приглашу тебя.

На этом мы расстались. Я смотрела вслед его одинокой удаляющейся фигуре и вдруг подумала, что не следовало так обращаться с ним. Какое я имею право подозревать его в нечестных намерениях? А впрочем, почему я должна верить ему? Как можно доказать, что он не притворяется? В таком окружении самый честный человек может превратиться в эгоиста и лжеца.

Я и сама чувствую, что стала равнодушной и черствой. И все же встреча с Ф. надолго лишила меня покоя. Однако вскоре внимание мое отвлекло одно событие: меня вызвал к себе Р.

Через полчаса я сидела в его небольшой приемной и ждала. Я была здесь не впервые, но каждый раз, как я сюда приходила, меня прошибал холодный пот. Сегодня я чувствовала себя особенно скверно. За стеной раздавались шаги и слышен был приглушенный разговор. Мне показалось, что я узнала голос М. Неужели он здесь?

«Теперь все кончено, — мелькнуло в голове, — так что бояться нечего». Я вытерла влажное от пота лицо.

Наконец меня вызвали в кабинет. Не успела я войти, как Р. заявил:

— Говорят, ты здорово работаешь! Молодец! Хвалю!

Одному лишь дьяволу известно, что скрывалось за этой похвалой. Я ничего не ответила, лишь скривила рот в улыбке.

Р. положил передо мной выцветшую фотографию.

— Узнаешь?

Сердце у меня замерло. Чжао! Я еще раз внимательно взглянула: ну конечно, он! Однако как оказался здесь этот снимок? Просто поразительно!

Я положила фотографию на стол и украдкой взглянула на Р. Так и есть: он не спускал глаз с моего лица.

— Так ты знаешь его?

— Знаю! — Я почувствовала, как сильно бьется у меня сердце.

— Переписываетесь?

— Нет.

— А раньше в каких были отношениях?

Я посмотрела на него и подумала: «Ведь вам все давно известно, к чему же эти вопросы?» — и коротко ответила:

— Вместе… жили.

— Как это началось?

Я, кажется, слегка покраснела:

— Обычная история!

— Почему расстались?

— Не сошлись во взглядах! — Я сделала акцент на последних словах. — Ничего у нас не вышло!

— По чьей инициативе разошлись?

— Право, не знаю, — после минутного колебания ответила я. — Оба чувствовали, что дальше так продолжаться не может, и решили, что каждый пойдет своей дорогой, детей у нас не было.

— Чем занимались в то время?

— Преподавали, он — в средней школе первой ступени, я — в старших классах начальной школы.

Заранее подготовленные вопросы как будто кончились. Р. взял фотографию, скользнул по ней взглядом и положил в дело. Потом уставился в одну точку и буквально тут же задал новый вопрос:

— А чем он сейчас занимается и где он, тебе известно? Нового ты о нем ничего не слышала?

— Нет. Я совершенно ничего о нем не знаю.

— Гм… — На лице Р. появилось какое-то подобие улыбки, и он в упор посмотрел на меня. — Ну а я имею кое-какие материалы… сейчас покажу тебе. — Он достал из дела какой-то листок, пробежал его глазами и отдал мне.

Я смотрела на листок и думала: «Трудно представить себе, чем кончится весь этот разговор, но затеял его Р. неспроста». От волнения я не знала, как себя вести, и, холодно усмехнувшись, положила листок на стол.

— Ты найдешь его, — пристально глядя на меня, сказал Р. — Возобновишь с ним прежние отношения и будешь за ним следить.

Я остолбенела. Рассуждая здраво, мне оставалось лишь повиноваться, но я все же попыталась возразить:

— Разрешите доложить, господин начальник, для этого задания я не гожусь.

— Это почему же? — нетерпеливо перебил меня Р. — Почему не годишься?