Фрэнк Норрис - Спрут

— Военное положение на территории Лос-Муэртос, а? — сказал Остерман. — Спокойно! — воскликнул он вдруг, поворачиваясь, — Хэррен скачет сюда.

Хэррен мчался карьером. Его сразу обступили плотным кольцом.

— Я видел их! — воскликнул он. — Они едут сюда. Берман и Рагглс в коляске, запряженной парой. Остальные верхами. Всего одиннадцать человек. Кристиен и Дилани с ними. Оба с винтовками. Я оставил Хувена вести наблюдение.

— Надо бы позвать Геттингса и Каттера, — сказал Энникстер. — Нам нужен каждый человек.

— Я съезжу за ними, — сразу вызвался Пресли. — Только можно я возьму твою кобылу, Энникстер. Моя лошаденка еле дышит.

Он поскакал резвым галопом, но по дороге встретил возвращающихся Геттингса и Каттера. Те тоже увидели со своего наблюдательного пункта, как шериф с отрядом выехал по Нижней дороге из Гвадалахары. Пресли сообщил им, что решено не стрелять, пока противник сам не откроет огонь.

— Ладно, — сказал Геттингс. — Только если дело дойдет до перестрелки, кому-то из нас несдобровать. Дилани бьет без промаха.

Возвратившись к дому Хувена, они увидели, что остававшиеся там члены Союза уже заняли позицию во рве. Дощатый мостик через него был разобран. Магнус, положив два револьвера на насыпь перед собой, стоял посередине, Хэррен — рядом с ним. По обе стороны от них, приблизительно в пяти шагах друг от друга, с револьверами на взводе стояли остальные члены Союза. Молчаливый старик Дэбни снял с себя пиджак.

— Становитесь между мистером Остерманом и мистером Бродерсоном, — сказал Магнус, когда трое мужчин подъехали ближе. — Пресли, — прибавил он, — я категорически возражаю против того, чтобы ты принимал какое-либо участие в этом деле.

— Да уж, пусть держится подальше! — крикнул Энникстер со своего места на крайнем фланге. — Возвращайся к Хувену, Прес, да пригляди за лошадьми. Тебя это не должно касаться. И следи, чтобы никто не зашел к нам в тыл со стороны дороги. Никого не подпускай, решительно никого, понимаешь?

Пресли ушел, уводя с собой чалую кобылу и лошадей Геттингса и Каттера. Он привязал всех их к вековому дубу, а сам вышел на дорогу перед домом и стал напряженно вглядываться в даль.

В канале, скрытые по плечи, стояли в молчании члены Союза, готовые ко всему, и ждали, не отрывая глаз от бело посверкивавшей дороги на Гвадалахару.

— А где же Хувен? — спросил Каттер.

— Не знаю, — ответил Остерман. — Он был вместе с Хэрреном Дерриком на Нижней дороге. Хэррен, — крикнул он, — а Хувен что, остался?

— Не знаю, чего он ждет, — ответил Хэррен. — Он должен был ехать следом за мной. Ему пришло в голову, что шериф хочет перехитрить нас, — сделать вид, будто они едут в эту сторону, а потом переметнуться на Верхнюю дорогу. Он решил еще немного понаблюдать за ними. Но теперь ему пора бы уже быть здесь.

— Не пришло бы ему в голову начать палить по ним. Нет, нет. Ни в коем случае. Может, они его захватили? Не исключено.

Внезапно раздался крик. На повороте дороги заклубилось облако пыли, из него выдвинулась голова лошади.

— Смотрите! Что это там?

— Помните, первыми не стрелять.

— Может, это Хувен? Я ничего не вижу. Он — не он? У меня впечатление, что на дороге только одна лошадь.

— Не может одна лошадь поднять столько пыли.

Энникстер взял у Хэррена свой бинокль и поднес к глазам.

— Нет, это не они, — заявил он. — И не Хувен. Какая-то повозка. — И спустя минуту прибавил: — Повозка мясника из Гвадалахары.

Напряжение слегка ослабло. Мужчины облегченно вздохнули и снова заняли свои места.

— Ну как, пропустим его, Губернатор?

— Мостик разобран. Объехать его он не сможет, а назад отпустить его нельзя. Придется задержать и допросить. Непонятно, как это шериф его пропустил.

Повозка быстро приближалась.

— Он один, мистер Энникстер? — спросил Магнус. — Посмотрите внимательнее. Нет ли тут какого-то подвоха. Странно, что шериф решил пропустить его.

Члены Союза встрепенулись. Остерман схватился за револьвер.

— Нет, — воскликнул Энникстер через минуту, — в повозке один человек.

Повозка приближалась; когда она поравнялась с ними, Каттер с Фелпсом вылезли изо рва и остановили ее.

— Эй… что это… что тут такое? — закричал молодой мясник, придерживая лошадь. — Мост, что ли, обвалился?

Однако поняв что его собираются задержать, он громко запротестовал, испуганный, озадаченный, не зная что и подумать.

— Нет, нет, мне же надо доставить мясо! Послушайте, отпустите меня. Послушайте, я же не имею к вам никакого отношения.