Шарлотта Бронте - Эмма Браун

И она лихорадочно стала обдумывать это свое решение. Теперь она подвластна только своей воле и сама решит свою судьбу. Никто больше не будет презирать ее и причинять страдания, никогда больше она не почувствует теплоту доброты людской, и никогда уже ее не будет мучить сознание того, что она не достойна этой доброты.

Ночью река казалась тихой и спокойной. На узких каменных скамейках возле Лондонского моста, свернувшись калачиком, спали нищие и бродяги. В воздухе пахло сыростью и уксусом. Этот запах доносился из кожевенных мастерских, находившихся рядом на берегу. Но, несмотря на это, она поняла, что вернулась домой. Для таких детей, как она, нет места в этом мире. Их все презирают. Но милосердный Господь оставил для нее местечко на небесах. Эмма спустилась по каменным ступеням прямо к воде. Она собрала всю свою волю в кулак, чтобы исполнить задуманное.

Прошло два дня, а я все читала и перечитывала письмо Эммы. Каждый раз, читая слова, написанные неровным детским почерком, я все больше и больше ругала себя за то, что не поняла, насколько сильны были страдания этой совсем еще юной девушки. И все потому, что такие благородные женщины, как я, считают ниже своего достоинства слушать рассказы об ужасных вещах.

Я презирала себя за равнодушие. Мне больше не хотелось делать вид, что я не замечаю, какие ужасы творятся в нашем мире. Я написала записку мистеру Эллину и попросила свою горничную доставить ее по назначению. Покончив с этим делом, я в ожидании известий, как обычно, начала расхаживать по комнате, покрытой массивным деревянным паркетом. Его очень любил мой покойный муж.

Мистера Эллина не оказалось дома. Я молила Господа, чтобы он поскорее вернулся, и мои мольбы были услышаны. Через полчаса раздался стук в дверь, и моя горничная объявила, что меня желает видеть какой-то джентльмен.

– Мистер Эллин! Как хорошо! Пригласи его войти и сделай нам чай.

– Но это не мистер Эллин, – сказала она.

– Тогда кто же?

– Я никогда не видела его раньше, мадам.

– Он дал тебе свою визитную карточку?

Здесь, в Фокс Кло, я жила довольно уединенно, и моя добрая старая горничная решила, что если она не знает этого гостя, то и я с ним тоже не знакома.

Покажи мне ее, – сказала я, протянув руку. Прежде чем передать мне визитную карточку гостя, горничная решила сама прочитать его имя. Широко открыв глаза, она напряженно пыталась понять, что же там написано (дело в том, что я недавно научила ее читать).

Мэри, отдай мне карточку.

Но она не успела сделать этого, как дверь открылась и в комнату быстро вошел сам владелец визитки.

И я сразу поняла, что так удивило мою служанку. Наш гость имел необычную внешность. Он был высокого роста, лицо его было бледным, а взгляд пристальных глаз был почти таким же суровым, как взгляд судебного обвинителя. Он был хорош собой, но красота эта была какой-то пугающей и холодной.

Однако, когда я увидела этого человека, сердце у меня учащенно забилось и кровь прилила к лицу. Я едва удержалась на ногах и, чтобы не упасть, опустилась на стоявший рядом со мной стул. Нужно сказать, что мой гость тоже стоял как громом пораженный и что-то бессвязно бормотал. Когда он наконец заговорил, то я была очень рада тому, что в этот момент сидела, крепко держась руками за стул.

– Айза? – тихо произнес он.

С возрастом лица людей, как правило, меняются, но голос остается прежним до самой смерти. Я не могла не узнать этот голос, но мне очень хотелось дотронуться до этого человека, чтобы убедиться в том, что он не призрак бестелесный.

Ты не узнаешь меня? – спросил он.

Ты не призрак? – тихо произнесла я.

Частично.

Горничная озадаченно смотрела то на него, то на меня, пытаясь понять, что происходит, пока мы, впившись глазами друг в друга, вспоминали нашу давно ушедшую молодость.

– Финч?

Дорогой читатель, вы, наверное, удивились, почему я сразу не узнала мужчину, которого когда-то любила всем своим сердцем. Конечно же, его лицо с годами сильно изменилось, но дело было не в этом. Существовала еще одна причина.

Но… ты ведь умер! – изумленно произнесла я.

Значит, меня об этом забыли известить, – сказал он, грустно улыбнувшись.

– А я жалею о том, что меня об этом известили.

– Кто же сказал тебе такое?

– Одна дама по имени миссис Гринвуд. Это было много лет назад. Я тогда только вышла замуж.

Он криво усмехнулся, отвернулся и сказал:

– Умер мой брат – мой младший брат, который был когда-то твоим учеником. Он заболел скарлатиной. Эта болезнь поразила всю нашу семью. Бедная мама тоже в скором времени умерла.