Франс Бенгстон - Викинги

Они достигли Камня незадолго до сумерек, разби­ли лагерь и расположились вместе с другими группа­ми из Гоинга на том месте, которое, по древнему обычаю, они всегда занимали, на берегу ручья, проте­кавшего между березами и зарослями кустов с юга от Камня. Здесь все еще можно было видеть следы кос­тров, которые разжигали они и их предшественники во время прошлых Тингов. На другом берегу ручья расположились лагерем финнвединги, с их стороны доносились крики. Говорили, что им труднее, чем другим, сидеть вокруг Кракского Камня без пива, поэтому у них существовал древний обычай приез­жать к Камню уже пьяными. И гоинги, и финнвединги располагались неподалеку от ручья, но подходили к нему только затем, чтобы напоить лошадей и напол­нить сосуды водой, поскольку всегда считалось самым разумным без особой нужды не толпиться поблизости друг от друга для поддержания мира между ними в ходе Тинга.

Последними на место встречи прибыли вирды. Любой человек, взглянув на них, мог сразу сказать, что они представляют собой особую расу, не похожую на другие народы. Это были очень высокие люди с серебряными кольцами в ушах, их мечи были длиннее и тяжелее, чем у других. У них были бритые подбо­родки, длинные бакенбарды и глаза, как у покойников. Более того, они очень мало говорили. Их соседи счи­тали, что причиной их замкнутости является то, что у них правят женщины, и они боятся, что если станут говорить, то это откроется. Но немногие осмеливались напрямую спросить у них, правда ли это.

Они расположились в роще к востоку от Камня, где ручей был наиболее широк, там они стояли отдельно от других племен, потому что им так больше нрави­лось. Они были единственными, кто привел с собой на Тинг своих женщин. У них существовало древнее поверье, что наилучшее лекарство от женского бес­плодия можно найти у Кракского Камня, если мужчи­на поступит так, как предписывали мудрые предки, и молодые замужние женщины, которые не могли за­чать детей от мужей, способности которых были до­казаны, всегда с радостью сопровождали своих муж­чин на Тинг. Что им надо делать — это можно будет увидеть сегодня, при полнолунии, потому что весь этот вечер Камень будет находиться в собственности вирдов, а их озабоченность тем, чтобы никто чужой не увидел, что делают их женщины, когда взойдет луна, была хорошо известна среди гоингов и финнведингов. Часто бывало так, что последнее, что видели на этом свете те, кто желая удовлетворить свое любопытство, подходил слишком близко к Камню, когда там находи­лись женщины, было летящее копье или опускающий­ся на голову меч, и это происходило еще до того, как у них появлялась возможность стать свидетелями того, ради чего они пришли. Тем не менее, любознательные молодые люди из числа гоингов и такие же из числа финнведингов, которые не напились слишком сильно, обдумывали планы хорошего вечернего развлечения. И как только над вершинами деревьев засияла луна, некоторые из них забрались на ветки, заняв хорошие позиции для наблюдения, а другие подобрались в кустах настолько близко к Камню, насколько они ос­мелились.

Отец Виллибальд был очень недоволен всем этим, особенно тем, что молодые люди из окружения Орма, крещенные на празднике и посетившие после этого церковь по несколько раз, не менее других жаждали увидеть это колдовство около Камня.

— Все это — козни Дьявола,— сказал он.— Я слышал, что у этих женщин существует обычай бегать вокруг Камня в бесстыдной наготе. Любой человек, получивший крещение, должен вооружить себя силой Христовой против такого безобразия. Вы бы лучше занялись тем, что срубили бы для нас крест, чтобы поставить его у костра для защиты ночью от злых сил. Сам я слишком стар для такой работы, да и вижу плохо в таком густом лесу.

Но они отвечали, что все кресты и вся святая вода мира не остановят их от того, чтобы посмотреть на то, что будут вирдские женщины делать сегодня вечером.

Магистр Райнальд сидел рядом с Ормом в кругу вокруг котла. Он сидел, обхватив руками колени и склонив голову, раскачиваясь взад и вперед. Ему дали хлеба и копченой баранины, как и всем остальным, но у него не было аппетита. С ним всегда было так, когда он размышлял о своих грехах. Но когда он услышал слова отца Виллибальда, то встал с земли.

— Дай мне топор,— сказал он,— я сделаю крест. Сидевшие вокруг костра рассмеялись и выразили

сомнение в том, что он сможет справиться с этим поручением. Но Орм сказал:

— Правильно, что хочешь попытаться, может быть, ты найдешь это дело более приятным, чем лазание по деревьям.