Что мне нужно? Лишь одно:
Замуж выйти, стать женою.
Неужели и такое
Человеку не дано?
Пичем (с Библией в руках).
У человека есть на счастье право.
Ведь бытия земного краток век,
И хлеб вкушать, и радоваться, право,
Имеет право каждый человек.
Да, таково его святое право.
Но слыхано ль, чтоб кто-нибудь однажды
Осуществил права свои? Увы!
Осуществить их рад, конечно, каждый,
Да обстоятельства не таковы.
Госпожа Пичем.
Доброй быть хочу с тобой,
Все отдать тебе я рада.
Мне ведь лучшая отрада
Счастье дочери родной.
Пичем.
Стать добрым! Кто не хочет добрым стать?
Раздать бы бедным все добро свое!
Какая бы настала благодать,
Какое было б райское житье!
Стать добрым! Кто не хочет добрым стать?
Но вот беда — на нашей злой планете
Хлеб слишком дорог, а сердца черствы.
Мы рады жить в согласье и в совете,
Да обстоятельства не таковы.
Полли и госпожа Пичем.
Он прав — кто возразить бы мог?
Зол человек, и мир убог.
Пичем.
Я прав — кто возразить бы мог?
Зол человек, и мир убог.
Мы рады бы устроить рай земной,
Да обстоятельства всему виной!
Кто с братом жить в ладу не рад?
Твой брат тебе, конечно, друг.
Но станет в доме тесно вдруг
И налицо домашний ад.
Кто верным долгу быть не рад?
Жена тебе, конечно, друг.
Но ей любви не хватит вдруг
И налицо домашний ад.
Твой сын тебе, конечно, друг.
Кто верным долгу быть не рад?
Но станешь сыну в тягость вдруг
И налицо домашний ад.
А быть хорошим всякий рад.
Полли и госпожа Пичем.
Вот это-то и скверно
И гнусно беспримерно.
Зол человек, а мир убог,
Он прав — кто возразить бы мог!
Пичем.
Я прав. Кто возразить бы мог?
Зол человек, а мир убог.
И мы бы не были черствы,
Да обстоятельства не таковы.
Все трое.
И значит, в мире нет добра,
И значит, это все мура.
Пичем.
Зол человек, и мир убог.
Я прав. Кто возразить бы мог!
Все трое.
Вот это-то и скверно
И гнусно беспримерно.
И значит, в мире нет добра,
И значит, это все — мура!
Четверг, вторая половина дня. Мэкки-Нож прощается с женой, перед тем как удрать от своего тестя в Хайгейт.
Конюшня.
Полли (входя). Мак! Мак, не пугайся.
Мак (лежа на кровати). Что случилось? Что с тобой, Полли?
Полли.Я была у Брауна, и отец мой тоже там был. Они хотят тебя схватить. Отец грозил всякими ужасами. Браун отстаивал тебя, но в конце концов он сдался, и теперь он тоже считает, что тебе нужно немедленно скрыться. На некоторое время. Надо собрать вещи.
Мак.Собрать вещи. Глупости. Пойди сюда, Полли. Мы займемся не упаковкой вещей, а совсем-совсем другим.
Полли.Нет, сейчас нельзя. Я в таком страхе. Только и было разговоров что о виселице.
Мак.Не люблю, когда ты капризничаешь, Полли. В Скотленд-Ярде нет на меня материала.
Полли.Вчера, может быть, и не было, а сегодня хоть отбавляй. Я принесла обвинительное заключение. Это такой длинный список, всего и не запомнишь. Покушение на двух купцов, свыше тридцати взломов, двадцать три уличных ограбления, поджоги, предумышленные убийства, подлоги, клятвопреступления — и все за последние полтора года. Ты ужасный человек. А в Винчестере ты соблазнил двух несовершеннолетних сестер.
Мак.Мне они сказали, что им уже за двадцать. А что говорит Браун? (Медленно встает и, насвистывая, идет вдоль рампы в правую часть сцены.)
Полли.Он догнал меня в вестибюле и сказал, что теперь ничего не может для тебя сделать. Ах, Мак! (Бросается ему на шею.)
Мак.Ну что ж, если мне надо сматываться, придется вести дело тебе.
Полли.Не говори сейчас о делах, Мак, я не могу о них слышать, лучше еще раз обними свою бедную Полли и поклянись, что ты ее никогда, никогда…
Резко оборвав Полли, Макведет ее к столу и усаживает на стул.
Мак.Вот бухгалтерские книги. Слушай внимательно. Это список личного состава. (Читает.) Итак, Джекоб-Крючок, на службе полтора года. Посмотрим-ка, что он принес. Раз, два, три, четыре, пять золотых часов. Немного, но работа чистая. Не садись ко мне на колени, сейчас у меня не то настроение. Дальше идет Уолтер-Плакучая Ива. На эту собаку положиться нельзя. Налево работает. Дай ему три недели отсрочки, пусть погуляет перед виселицей. Потом уволишь. Просто заявишь Брауну.
Читать дальше