Генрих Манн - Голова

— Что это было? Дважды один и тот же?

— У вас двоится в глазах, — ответил Терра. — Никому не говорите об этом.

Какая-то супружеская чета спросила взволнованно:

— Кто вон тот господин?

— Его сиятельство граф Ланна, — сказал портье.

— А другой, точь-в-точь такой же?

— Другого у нас нет, — сказал портье.

Позади Терра стоял Мангольф, страшно бледный.

— Шарлатан! А я был на волосок от того, чтобы поверить тебе! — прошипел он.

— Сейчас увидишь, — уверил Терра, но и у него самого сорвался голос. Возле господина зрелого возраста стояла барышня с ярмарочной площади. Овладев собою, Терра спросил портье: — Фрейлейн фон Ланна?

— Да, это графиня фон Ланна, — сказал портье.

Тогда Терра достал из кармана пальто книгу, чинно прошел по ковру и церемонным жестом протянул книгу графине, которая сперва чуть было не взяла ее. Но потом узнала Терра и замерла. Граф Ланна отставил чашку с чаем.

— Курьер? — быстро осведомился он.

— К сожалению, нет, господин статс-секретарь, — старательно выговорил Терра и низко поклонился.

— Я не статс-секретарь. — Граф Ланна нахмурил гладкий лоб.

— Прошу прощения, — сказал Терра.

— А книга? — Отец взглянул на дочь, при этом у него появилась ямочка. Графиня уже овладела собой.

— У Милы. Мы читали Ариосто. Это господин…

— Терра, студент-юрист. — Он добавил с экспрессией: — Я, ваше сиятельство, имею честь быть старшим другом и ментором вашего сына, графа Эрвина.

— Тогда мне надо поговорить с вами. Мой сын делает глупости.

— На него не всегда оказывают благотворное влияние, — сказал Терра, оглядываясь.

— Я имею возможность… — подойдя, начал Мангольф.

— Курьер? — спросил посол. Чтобы загладить свою повторную ошибку, он предложил сесть.

— Посмей еще усомниться во мне! — прошипел Терра.

Но Мангольф был явно потрясен. Это перст судьбы! Терра хотел подшутить над ним, а на самом деле он был орудием судьбы. «Вот я, наконец, перед лицом власти. Я давно у нее на примете. Быть может, тому причиной граф Эрвин?»

Граф Ланна благожелательно расспросил молодых людей о семье, занятиях, общественном положении и тем временем съел целую тарелку пирожных. Прерывая себя, он то и дело осведомлялся о курьере. Мангольф встал.

— Я готов к услугам, если вам, ваше сиятельство, нужно послать верного человека в министерство иностранных дел. Министра сейчас там нет, я могу перехватить курьера.

Дипломат удивился. Потом одобрительно кивнул Мангольфу.

— Неплохо. Вы, видимо, заранее подготовились. — У него вновь появилась ямочка. — Если вы, господа, хотели посетить меня, говорите прямо!

— Ты еще скажешь, папа, будто я потеряла своего Ариосто нарочно, чтобы молодые люди могли представиться тебе, — вставила молодая графиня.

— А в самом деле, почему он должен читать вслух тебе одной… Хорошо он читает? Тогда и я послушаю.

Он зевнул, снова взглянул на часы и на входную дверь, а затем пригласил молодых людей к себе в номер. С легкой одышкой, ввиду большого количества пирожных, вошел он в лифт, с ним Мангольф. Графиня успела взбежать наверх, когда Терра, на которого она не оглядывалась, нагнал ее:

— Что вы натворили! Я не знаю итальянского.

— Это на вас похоже, — произнесла она сквозь зубы.

Тут они встретились с отцом.

Когда посол увидел Терра, он насупился, словно обдумывая что-то важное. У своего номера он схватил студента за пуговицу и прижал его к стене.

— Почему вы назвали меня статс-секретарем? — спросил он.

Терра поглядел на него, едва удержался, чтобы не сказать: «Потому что я не осел», и сказал:

— Пусть у вашего сиятельства ни на миг не возникнет подозрение, что граф Эрвин способен проговориться, а я — злоупотребить его доверием.

После такой речи граф даже пропустил его вперед.

Мангольф между тем решил помочь молодому графу, как тот помогал ему. Таким путем оплата векселя будет обеспечена. Поэтому он расписал старому графу его сына как человека слабохарактерного, но не легкомысленного, нуждающегося лишь в серьезном руководителе, чтобы не порывать связи с обществом. Последовало перечисление лучших семейств и громких имен.

— Личные связи, — одобрительно сказал граф Ланна. — А что же наш Ариосто?

Графиня огляделась.

— Книга, вероятно, осталась внизу.

— Вот она, — сказал Терра, незаметно вытаскивая книгу из ее кармана. Он читал так хорошо, что граф Ланна все глубже погружался в кресло. Но вот он стряхнул с себя блаженное оцепенение: