Александр Ванярх - Иван

— Отдохнем, выспимся, а завтра махнем в Паратунку, — сказал он почему-то загрустившему Ивану.

— Вообще-то раньше я был не прочь поспать, и в начале службы только и мечтал, как бы выспаться. А вот после той трагедии я стал очень плохо и мало спать. Думал — пройдет, а оно не проходит, — ответил Иван.

— А что же ты раньше не сказал? — упрекнул Яков. — Надо было показаться врачам. В Каменском один Казбек Васильевич чего стоит.

— Я разговаривал с нашим фельдшером, он сказал, что при контузии бывает всякое и обычно со временем все восстанавливается.

— Может, и так, но надо было все-таки сходить к специалисту.

Вернулись в Елизово. В полупустой гостинице КЭЧ полудремала за столом администратора пожилая дежурная.

— Мы бронировали номер, — обратился к ней Яков Иванович.

Женщина, вздрогнув от неожиданности, посмотрела отсутствующим взглядом.

— На фамилию Сердюченко, — продолжил Яков.

Посмотрев запись в толстой книге, дежурная молча подала через окошко ключ.

— А тут далеко не блеск, — и Яков показал на потрескавшуюся штукатурку, на старенькие пейзажи на стенах.

В двухместном номере кроме двух кроватей, тумбочек и шкафа был еще и умывальник. Иван открыл кран.

— Ого, даже горячая вода есть!

— Если бы тут еще и горячей воды не было, когда она в каких-нибудь десяти километрах бьет из-под земли фонтаном, — тогда был бы действительно ужас, — ответил Яков и, как бы возвращаясь к начатому разговору, продолжил. — Я вот что надумал, Ваня. Завтра мы в Паратупку не поедем, у меня в госпитале есть хорошие знакомые врачи, давай сначала сходим туда, потому как я не уверен, что у вас в Чулыме найдутся такие специалисты.

— Можно и сходить, но у меня не только со сном плохо… Я в части не стал говорить фельдшеру, боялся, начнутся разговоры… — Иван замолчал, снял ботинки, вытащил из вещмешка тапочки и надел на босые ноги.

Яков Иванович не торопил парня, понимая, что он хочет сказать что-то важное.

— Только вы, Яков Иванович, дайте слово, что никому без моего согласия не скажете, — продолжил Иван, сидя на кровати.

— Ваня, ты же меня знаешь! Говори и не сомневайся!

— Вот вы все о девочках у меня спрашивали, — продолжил Иван. — Я и раньше к ним был равнодушен, но после того выстрела что-то произошло… Раньше я все же ночью и по утрам чувствовал желание… А теперь — ничего, — Иван опять замолчал.

— И когда это началось? — спросил Яков.

— Я точно не знаю. Просто вначале не придавал этому значения, а потом понял — что-то со мной неладно.

— Тем более надо завтра же в госпиталь! Ты только не волнуйся, мне тоже кажется, что это временное явление, ты ведь совсем еще молодой парень, все пройдет.

Вот тебе и новый поворот судьбы! И зачем, и почему это произошло именно с ним? Есть люди, ведущие самый разгульный образ жизни, и — ничего, все в порядке. А тут, казалось бы, и человек порядочный, и мораль в норме, а жизни нет и нет: одни проблемы.

Глава пятая

Студенты Ростовского медицинского института, отработав на колхозных полях, вернулись в свои аудитории. Начался учебный год.

Оксана, как и большинство девочек ее группы, с радостью вошла в свое родное уютное общежитие после той непролазной деревенской грязи, а в последнее время и холода. Ее ничем не прельщала сельская жизнь, хотя сама, можно сказать, выросла в деревне. Она любила хорошую ванну, любила почитать в постели, любила тишину, поэтому постоянные деревенские неудобства, вначале раздражали ее, а под конец стали просто невыносимы. И на следующий день она с удовольствием сидела в просторной студенческой аудитории и слушала очередную лекцию.

Ссора с Олегом мало ее беспокоила, и сейчас ей было как-то стыдно за свою мимолетную слабость. Постепенно она стала забывать о ней, тем более что комсорг почему-то не появлялся на их курсе. Но однажды в спортзале перед ней возникла рослая фигура Олега. Девушка даже онемела от неожиданности.

— Привет, подруга! — развязным тоном начал Олег.

— Здравствуйте, — ответила Оксана и хотела идти дальше, но парень преградил ей дорогу.

— Слушай, ты, недотрога! — почти прошипел он. — От меня так легко не отвертишься!

— Не смейте так со мной разговаривать, вы же комсорг!

— Ха-ха-ха, комсорг! Был да сплыл, нет комсорга, повесился. Пойдем-ка со мной! — и он схватил Оксану за руку и вытащил в коридор.

— Пустите меня! — уже закричала Оксана и, рванувшись, ударилась о стенку в проходе.

По полутемному коридору шел какой-то юноша; он в два прыжка оказался рядом.