Ричард Райт - Сын Америки

– Он вам ничего не может рассказать, – ответил Бриттен.

– Он может рассказать то, что он видел. Машиной ведь он правил.

– Да мне все равно, в конце концов, – сказал Бриттен. – Но мистер Долтон вам уже все сказал.

Один из репортеров подошел к Биггеру:

– Скажи, Майк, как по-твоему, это сделал Эрлон?

– Меня зовут не Майк, – сердито сказал Биггер.

– Ну, ну, я не хотел тебя обидеть, – сказал репортер. – Так как же по-твоему?

– Отвечай на вопрос, Биггер, – сказал Бриттен.

Биггер пожалел о своей вспышке. Сейчас не время было обижаться. Да и не к чему. Очень нужно обижаться на толпу дураков. Ищут девушку, а девушка горит в топке, в двух шагах от них. Он убил ее, а они и не догадываются об этом. Майк так Майк, ну и пусть.

– Я не знаю, сэр, – сказал он вслух.

– Да ты не ломайся, расскажи все как было.

– Я ведь только шофером тут, сэр, – сказал Биггер.

– Не бойся. Никто тебя не тронет.

– Вы лучше спросите мистера Бриттена, – сказал Биггер.

Репортеры покачали головами и отошли от него.

– Что за черт в самом деле, Бриттен! – сказал один. – Ну что мы узнали об этом похищении? Получено письмо, Эрлон будет освобожден из-под стражи, письмо подписано «Красный», и внизу нарисованы серп и молот. Это все равно что ничего. Дайте нам какие-нибудь подробности.

– Слушайте, ребята, – сказал Бриттен. – Не надо мешать старику. Он хочет получить дочку обратно, и но мертвой, а живой. Он вам дал уже первосортный материал; теперь подождите немного.

– Скажите нам хотя бы одно: когда в последний раз видели девушку?

Биггеру пришлось выслушать опять всю историю сначала. Он внимательно прислушивался к каждому слову Бриттена и к тону, которым репортеры задавали вопросы, стараясь уловить малейшую тень подозрения. Но никто его не подозревал. Все вопросы относились к Джану.

– Но послушайте, Бриттен, – сказал один репортер. – Почему же старик велел освободить Эрлона?

– Попробуйте сами сообразить, – сказал Бриттен.

– Значит, он все-таки думает, что Эрлон причастен к этому делу и скорей вернет девушку, если будет на свободе?

– Не знаю, – сказал Бриттен.

– Да ну, будет вам валять дурака!

– А вы думайте, шевелите мозгами, – сказал Бриттен.

Еще два репортера застегнулись на все пуговицы, надвинули шляпы пониже и вышли. Биггер знал, что они направились к телефону давать очередную информацию; сейчас они расскажут про то, как Джан пытался обратить его в коммунизм, про коммунистическую литературу, про виски, про полупустой сундук, отправленный на станцию, и наконец про письмо с требованием десяти тысяч долларов. Оставшиеся репортеры бродили по котельной с карманными фонариками, заглядывая во все углы. Биггер по-прежнему стоял у стены. Бриттен сидел на лестнице. Огонь в топке тихо ворчал. Биггер знал, что скоро ему придется выгребать золу, потому что огонь горел недостаточно жарко. Пусть только уляжется суматоха и все разойдутся, тогда он займется этим.

– Скверное дело, а, Биггер? – сказал Бриттен.

– Да, сэр.

– Миллион долларов прозакладываю, что это все Джан состряпал.

Биггер ничего не ответил. Он весь обмяк; какая-то чужая, непонятная сила удерживала еще его на ногах, у этой стены. Он уже даже не пытался собрать свою энергию; энергии не было. Он просто опустил руки и плыл по течению.

Становилось прохладно; огонь догорал. Гула тяги почти не было слышно. Вдруг наружная дверь распахнулась, и один из тех, что уходил к телефону, ворвался в котельную. Лицо у него было красное и мокрое от снега.

– Слыхали новость? – закричал он.

– Ну?

– Что еще такое?

– Мне сейчас сказал редактор городского отдела, что этот Эрлон не хочет уходить из тюрьмы.

Это было так неожиданно, что с минуту все молчали и только смотрели на него во все глаза. Биггер встрепенулся, напряженно соображая, что это может означать. Тогда кто-то задал вопрос, который он не решался задать.

– Не хочет уходить? То есть как это?

– Очень просто: когда ему сказали, что мистер Долтон просил освободить его, он заявил, что не уйдет. Видно, он услышал о похищении и поэтому отказывается.

– Вот и ясно, что это его рук дело, – сказал Бриттен. – Он не хочет уходить из тюрьмы, потому что знает, что за ним будут следить и найдут девушку. Он просто боится.

– А еще что?

– Еще он сказал, что может представить десяток свидетелей, которые подтвердят под присягой, что он здесь не был вчера вечером.

Биггер замер, подавшись всем телом вперед.