Уильям Фолкнер - Избранное

— Я думаю, что больного нельзя оставлять одного с неграми, — сказала она, склонившись над книгой. — Эта книга называется…

— Почему бы тогда не нанять сиделку? Охота вам ездить в такую даль.

Она наконец посмотрела на него своими серьезными, полными отчаяния глазами.

— Зачем вы приезжаете, если вам не хочется? — настаивал он.

— Мне это не трудно, — отвечала она, открывая книгу. — Она называется…

— Бросьте, — перебил он. — Мне и так придется целый день слушать этот вздор. Давайте немножко поговорим.

Но Нарцисса не поднимала головы, и руки ее все еще лежали на раскрытой книге.

— Почему вы боитесь со мной разговаривать?

— Боюсь? — удивилась она. — Может, вы хотите, чтобы я ушла?

— Что? Нет, черт побери. Я хочу, чтобы вы хоть раз по-человечески со мной поговорили. Подите сюда.

Она не смотрела на него и отгородилась от него руками, как будто он не лежал беспомощно на спине на расстоянии двух ярдов.

— Подойдите поближе! — скомандовал он.

Она встала и крепко вцепилась в книгу.

— Я ухожу, — сказала она. — Я велю Саймону быть здесь поблизости, чтоб он услышал, если вы его позовете. До свидания.

— Подождите! — воскликнул он.

Она быстро пошла к дверям.

— До свидания.

— Но вы же только что сами сказали, что нельзя оставлять меня одного с неграми.

Она помедлила у дверей, и он с холодной хитростью добавил:

— Ведь тетя Дженни просила вас посидеть здесь со мной. Что ж я ей теперь скажу? Почему вы вообще боитесь человека, который лежит на спине в чугунной смирительной рубашке?

Но она только смотрела на него своими спокойными и безнадежными глазами.

— Ну, если так, то идите. — Голова Баярда дернулась на подушке, и он снова уставился в окно. Нарцисса подошла и села. Он кротко спросил: — Как называется эта книга? — и, услыхав ответ, сказал: — Ну ладно, читайте. Я все равно скоро усну.

Она раскрыла книгу и стала скороговоркой читать, словно прячась за ширмой слов, которую воздвигал между ними ее голос. Она читала, склонив голову над книгой и чувствуя, как идет время, с которым она, казалось, старается бежать наперегонки. Баярд не шевелился. Она дочитала фразу и, не поднимая головы, умолкла, но он тотчас заговорил:

— Читайте дальше, я не сплю. Может, на этот раз мне больше повезет.

Близился полдень. Где-то каждые пятнадцать минут били часы, и во всем доме не слышалось больше ни звука. Саймон давно уже прекратил свою возню в нижнем холле, но иногда до Нарциссы доносилось какое-то глухое, невнятное бормотанье. Листья на ветке за окном висели неподвижно, и в знойном воздухе сливалось в сонный гул множество разнообразных звуков — голоса негров, чавканье скотины в хлеву, ритмичные стоны водяного насоса, спазматическое кудахтанье кур в саду под окном и нечленораздельные крики Айсома, который их разгонял.

Баярд уснул, и, когда Нарцисса это поняла, она поняла также и то, что сама не заметила, как перестала читать. Она сидела, держа на коленях раскрытую книгу, слова которой не оставили никакого следа в ее голове, и смотрела на его спокойное лицо. Оно опять напоминало бронзовую маску, с которой болезнь смыла неистовый пыл страстей, но эти страсти, лишь слегка облагороженные, все же дремали где-то в глубине.

…Она отвернулась от него и, уронив неподвижные руки на страницы раскрытой книги, стала смотреть в окно. Занавески не шевелились. Горячие пальцы солнца перебирали неподвижные листья на ветке, наискосок пересекавшей оконную раму, а сама Нарцисса как будто утратила все признаки жизни — она дышала так тихо, что легкая ткань ее платья совсем не колебалась на груди, — сидела и думала, что вожделенный покой ей суждено обрести лишь в таком мире, где совсем не будет мужчин.

Часы пробили двенадцать. На лестнице тотчас же послышалось тяжелое, хриплое дыхание, и, прокравшись по холлу, словно огромная крыса, в дверь просунул голову Саймон, похожий на прародителя всех обезьян.

— Он еще спит? — хриплым шепотом спросил он.

— Тш-ш. — Нарцисса предостерегающе подняла руку.

Саймон на цыпочках вошел в комнату, пыхтя и шаркая ногами.

— Тише, — быстро проговорила Нарцисса, — ты его разбудишь.

— Обед готов, — тем же хриплым шепотом возвестил Саймон.

— Неужели нельзя подождать, пока он проснется? — прошептала Нарцисса и встала, чтоб его остановить, но он уже прокрался к столу и начал неловко рыться в стопке книг, которые в конце концов с грохотом рухнули на пол. Баярд открыл глаза.