Уильям Фолкнер - Избранное

— Вот он, — вдруг крикнул Айсом. — Держите его, псы!

— Он маленький? — спросил Кэспи.

— Не знаю. Вижу пока только морду. Следи за собаками.

Верхушка деревца начала бешено трястись, между тем как Айсом, раскачивая ветки, вопил все громче и громче.

— Идет! — крикнул он, и какой-то бесформенный комок начал медленно и неуклюже переваливаться с одной ветки на другую, потом остановился, и собаки напряженно завизжали. Комок опять покатился вниз, и луч Баярдова фонарика осветил его в ту минуту, когда он с глухим стуком шлепнулся на землю и тотчас исчез в водовороте собачьих тел.

Кэспи и Баярд с криками бросились в самую гущу, с трудом растащили собак, и в круглом световом пятне Нарцисса увидела маленького зверька, который, скрючившись, лежал на боку, закрыв глаза и сложив на груди розовые лапки, напоминавшие ручки ребенка. Она с жалостью и отвращением смотрела на это неподвижное существо — воистину парадокс природы — с лисьим оскалом, человеческими руками и с длинным крысиным хвостом. Айсом соскочил с дерева, Кэспи передал ему поводки всех трех нервно повизгивающих псов, поднял топор и под испуганно-любопытным взглядом Нарциссы положил топор на шею зверька, придавил ногой черенок и дернул опоссума за хвост… Нарцисса кинулась прочь, зажав рукою рот, по тут же остановилась, наткнувшись на глухую стену тьмы, и, дрожа от отвращения, смотрела, как остальные двигались вокруг фонаря. Потом Кэспи отогнал собак и с такой силой ткнул ногой престарелого пса дядюшки Генри, что тот с леденящим кровь изумленным воем отлетел к своему дому, после чего Айсом взвалил на плечи мешок, а Баярд оглянулся в поисках жены.

— Нарцисса?

— Я здесь, — отвечала она.

— Это первый, а сегодня мы должны взять их дюжину — не меньше, — сказал он, подходя к ней.

— Нет, нет, — в ужасе содрогнулась Нарцисса.

Он пристально посмотрел на нее, направив ей прямо в лицо луч своего фонарика. Она подняла руку и отвела его в сторону.

— Что с тобой? Ты уже устала?

— Нет… я только… Пойдем, они уходят.

Кэспи подвел их к лесу. Под ногами шуршали сухие листья и раздавался хруст ветвей. Свет фонаря вырывал из тьмы кустарник; над головой среди редеющей листвы в смутном небе плыли тусклые звезды. Собаки бежали впереди, а охотники шагали следом среди высоких древесных стволов, оступались в канавы, где в свете фонаря темнела на блестящем песке похожая на огромные ножницы тень от длинных ног Кэспи, и сквозь колючие, цепкие заросли шиповника продирались на другую сторону канавы.

— Надо держаться подальше от ручья, — заметил Кэспи. — Если они наткнутся на енота, их до утра домой не загонишь.

Он снова двинулся к опушке, и все четверо выбрались из леса, пересекли заросший камышами луг, где пахло солнцем и пылью, от которой свет фонаря нимбом расплывался по краям, и опять очутились в лесу.

Нарцисса начала уставать, но Баярд шел впереди, совершенно об этом не думая, и она, не жалуясь, следовала за ним. Наконец откуда-то издалека до них донесся дребезжащий крик. Кэспи остановился.

— Посмотрим, куда он идет.

Остановившись в темноте, в печальной сырой прохладе поздней осени, среди умирающих деревьев, они прислушались.

— Э-э-эй! — густым басом крикнул Кэспи. — Держи его!

Собака отозвалась, и они снова медленно двинулись вперед, временами останавливаясь и прислушиваясь. Собака продолжала лаять; теперь до них доносилось уже два голоса, которые, казалось, по кругу обходили их путь.

— Э-э-эй! — снова крикнул Кэспи, и голос его эхом отозвался в окружающих деревьях.

Они шли вперед. Собаки снова подали голос, где-то сбоку от того места, откуда донесся первый крик.

— Он заводит их туда, откуда пришел, — сказал Кэспи. — Давайте подождем, пока они его дальше отгонят.

Он опустил на землю фонарь и сел на корточки рядом, Айсом свалил с себя мешок и тоже присел на корточки, а Баярд уселся, прислонившись к дереву, и потянул за собой Нарциссу. Собаки снова залаяли, теперь намного ближе. Кэспи всматривался в темноту, откуда доносился лай.

— Не иначе как они нашли енота, — сказал Айсом.

— Может, и так. Горного енота.

— Он идет сюда, вон к тому остролистнику?

— Похоже на то.

Они сидели не шевелясь и слушали.

— Будет дело, — сказал Кэспи.

В воздухе теперь повеяло прохладой — согретая солнцем земля начала остывать, и Нарцисса подвинулась ближе к Баярду. Он вынул из кармана пачку сигарет, протянул одну Кэспи и закурил сам. Айсом сидел на корточках, вращая белками в свете фонаря.