Грэм Грин - Избранное

Хотя на пяльцах она, разумеется, не вышивала.

— Ты даже здесь скучаешь по Саутвуду?

— Нет, — ответил я, — Теннисон ведь бывал и другим, и здесь другого Теннисона даже больше, чем там:

— Вот мистер Поттифер не верил тому, что смерть есть завершенье жизни.

— Многие не верят.

— Да, но он предпринял определенные действия.

Я почувствовал, что тетушка Августа умирает от желания рассказать мне про Поттифера. Я бросил взгляд на мистера Висконти. Он еле заметно пожал плечами.

— Кто такой был Поттифер? — спросил я.

— Советник по уплате подоходного налога, — ответила тетушка Августа и замолчала.

— И это все?

— Человек невероятно гордый.

Я видел, что обида, нанесенная мною в Булони, еще не забыта и мне придется вытаскивать из тетушки историю клещами.

— Ну и дальше?

— Сначала он работал в Управлении налоговых сборов инспектором.

Солнце освещало апельсиновые деревья, лимоны и грейпфруты. Под розовыми лапачо рос жасмин с голубыми и белыми цветами на одном и том же кусте. Мистер Висконти разлил остатки шампанского по трем бокалам. Прозрачная луна опускалась за горизонт. Сомерсет-Хаус, подоходный налог… Они были так же далеки, как Море Кризисов и Море Влажности на бледном диске в небе.

— Пожалуйста, расскажите мне про него, тетушка Августа, — пришлось попросить.

— Он задался идеей продлить себе жизнь после смерти с помощью автоматической справки Центрального почтамта. Не очень удобная идея для его клиентов, в число которых входила и я. В это время война разлучила нас с мистером Висконти во второй раз. В Италии я не привыкла платить налоги, и теперь они свалились на меня как гром среди ясного неба. В особенности если учесть, что мой небольшой доход считался как бы незаработанным. Как вспомню о бесконечных поездках в Рим, Милан, Флоренцию, Венецию до того, как умер Джо и мы объединили наши усилия с мистером Висконти…

— Не знаю уж, как благодарить небо за этот подарок, дорогая, — вставил мистер Висконти. — Но вы рассказывали про этого Поттифера.

— Должна же я немного обрисовать общую обстановку, а то Генри не поймет, что эта была за фирма.

— Фирма? — спросил я.

— Ее придумал мистер Поттифер для того, чтобы охранять наши интересы — мои и еще нескольких дам моих занятий. Фирма называлась «Мееркат продактс лимитед». Участницы назначались директорами, и доходы наши (незаработанные, нечего сказать!) засчитывались как директорское жалованье. Все заносилось в бухгалтерские книги, и это позволяло фирме демонстрировать то, что мистер Поттифер именовал здоровым убытком. В те годы чем больше был убыток, тем больше ценилась фирма, когда приходило время продавать ее. Я никогда не могла понять почему.

— Ваша тетушка не деловая женщина, — с нежностью сказал мистер Висконти.

— Я доверяла мистеру Поттиферу, и была права. За те годы, что он служил налоговым инспектором, у него выработалась настоящая ненависть к своему учреждению. Он был готов на что угодно, лишь бы помочь человеку не уплатить налог. Он очень гордился своим умением обойти закон. После каждого нового закона о вступлении в силу государственного бюджета он всегда удалялся на три недели от жизни.

— Что за фирма «Мееркат»? И что она производила?

— Ничего не производила, иначе она могла бы дать прибыль. Когда мистер Поттифер умер, я наконец посмотрела слово Meerkat в словаре. Оно означало: мелкое южноафриканское млекопитающее типа ихневмона. Что такое ихневмон, я тоже не знала и опять заглянула в словарь. Оказалось, что это такой зверь, который уничтожает крокодильи яйца — занятие, с моей точки зрения, непродуктивное. Налоговые инспектора, наверное, думали, что Мееркат — провинция в Индии.

В сад спустились двое мужчин, они несли какую-то черную металлическую решетку.

— Что это, моя дорогая?

— Вертел.

— Каких-то непомерных размеров.

— Как же иначе, ведь быка будем жарить целиком.

— Вы не рассказали про автоматическую справку, — напомнил я.

— Ситуация создалась крайне неудобная, — продолжала тетушка. — Со всех сторон сыпались требования заплатить подоходный налог, как всегда чрезмерный, и всякий раз, как я пыталась дозвониться мистеру Поттиферу, я слышала ответ автомата: «Мистер Поттифер на совещании уполномоченных». Так продолжалось чуть не две недели, и тут меня осенило: я позвонила ему в час ночи. И получила тот же ответ: «Мистер Поттифер на совещании уполномоченных». Тут я догадалась, что дело нечисто. В конце концов все раскрылось. Он умер уже три недели назад, но в завещании он поручал своему брату сохранить за ним номер телефона и заключить соглашение с автоматической справкой.