Кен Фоллетт - Столпы Земли

Они вышли с Элизабет в самый центр внутреннего дворика. Земля здесь была неровной, и Алина встала на небольшую кочку, так чтобы ей поверх голов были видны ворота и расстилавшиеся за ними поля. Передовому отряду пора уже было появиться, но никого пока не было видно. О Боже, в тревоге подумала она, неужели что-то случилось?

Элизабет необходимо было встать на какое-то возвышение, чтобы всем было хорошо слышно. Алина распорядилась принести с конюшни деревянную колоду. Пока они ждали, какая-то пожилая женщина посмотрела на Алину и воскликнула:

– Вот это да! Это ведь леди Алина! Рада тебя видеть!

Алина почувствовала, как сердце ушло в пятки. Она узнала старую повариху, которая служила в замке еще до появления здесь графа Хамлея. Изобразив на лице натужную улыбку, Алина сказала:

– Здравствуй, Тилли. Как поживаешь?

Тилли толкнула локтем соседа:

– Послушай, это леди Алина; надо же, вернулась домой через столько лет. Ты опять будешь здесь хозяйкой?

Не дай Бог, подумала Алина, если эта же мысль придет в голову Майклу Армстронгу. Она беспокойно оглядывалась по сторонам: к счастью, тот находился далеко и не мог слышать их разговора. Зато их услышал один из воинов и уставился на Алину, словно почуяв неладное. Она ответила ему притворно беззаботным взглядом. Воин был одноглазым, наверняка именно поэтому Уильям не взял его с собой на войну и оставил в замке Алине внезапно показалось забавным, что на нее так внимательно смотрел человек без одного глаза, и она расхохоталась, лишь спустя некоторое время сообразив, что смех ее, скорее, напоминал истерику.

Слуга принес с конюшни колоду. Колокол смолк. Как только Элизабет встала на возвышение, Алина успокоилась, толпа тоже затихла.

– Король Стефан и герцог Генрих заключили мир, – торжественно объявила графиня.

Она выдержала паузу, пока по толпе прокатилась волна радостного воодушевления. Алина неотрывно следила за воротами: ну, давай же, Ричард, молила она, пора, не тяни!

Элизабет улыбнулась, дала толпе еще мгновение насладиться известием и сказала:

– Трон будет принадлежать Стефану пожизненно, а после его смерти преемником станет Генрих.

Алина пристально смотрела на часовых у ворот: те не проявляли никакого беспокойства. Где же Ричард?

– Мирный договор, – продолжала Элизабет, – многое изменит в нашей жизни.

Вдруг Алина заметила, что часовые насторожились. Один из них козырьком поднес ладонь ко лбу, прикрывая глаза от солнца, и стал всматриваться вперед, в сторону поля; другой развернулся в сторону толпы во внутреннем дворике, явно пытаясь найти начальника охраны. Но Майкл Армстронг внимательно слушал Элизабет.

– Нынешний и будущий короли договорились, что вся земля должна быть возвращена тем, кто владел ею во времена старого Генриха, – говорила она.

Народ в толпе начал шумно обсуждать услышанное, строя догадки, как это может отразиться на графстве Ширинг. Майкл Армстронг, как заметила Алина, выглядел озадаченным. И тут в створе ворот на поле она увидела всадников Ричарда, его передовой отряд. Скорее, мысленно торопила она их, ну же, скорее! Но те ехали мелкой рысью, словно боясь вспугнуть стражу.

– Мы все должны благодарить нашего Господа за этот мир, – продолжала Элизабет. – Будем же молиться, чтобы королю Стефану достало мудрости править нами все эти оставшиеся годы и чтобы молодой герцог берег нас от войны после того, как Господь призовет к себе короля... – Она держалась молодцом, хотя чувствовалось, что начинает волноваться, словно боялась, что ей не хватит слов.

Вся стража, замерев, смотрела на приближающихся всадников. И хотя они были предупреждены о прибытии посланцев графа и получили приказ немедленно проводить их старшего к графине, ими стало овладевать тревожное любопытство.

Одноглазый обернулся, посмотрел в сторону ворот, потом опять бросил взгляд на Алину, и она догадалась, что тот пытается сообразить, какая связь существует между ней и появлением в замке этих всадников.

Между тем один из часовых на башне, похоже, что-то почуял и стал решительно спускаться по лестнице.

Толпа начала проявлять беспокойство. Элизабет уже говорила все, что взбредет в голову, стараясь выиграть время, тогда как собравшиеся жаждали услышать главные новости.

– Война эта началась за год до моего рождения, – невозмутимо вещала она, – и, подобно многим людям нашего королевства, я страстно желаю узнать наконец, что же такое мир, когда не льется кровь, когда люди не убивают друг друга.