Кен Фоллетт - Столпы Земли

– Думаешь, мы могли бы устроиться в Винчестерском замке? – с сомнением спросил Ричард.

– Нет. Пока король отсутствует, они никого не возьмут – их и так там слишком много. Но в городе полно богачей. Может быть, кому-нибудь из них требуются слуги.

– Это не мужская работа.

Алину так и подмывало крикнуть: «Почему бы вместо того, чтобы придираться ко всем моим предложениям, тебе самому что-нибудь не придумать?» Однако она сдержалась и спокойно сказала:

– Чтобы заработать пенни, вполне достаточно наняться одному из нас, а потом мы сможем повидаться с отцом, и он нам скажет, что делать дальше.

– Ну хорошо. – Ричард не собирался отвергать идею о том, что работать придется только кому-то одному, особенно если это будет Алина.

Они снова повернули налево и вошли в еврейский квартал. Возле большого дома Алина остановилась.

– Здесь наверняка нанимают слуг, – проговорила она.

Ричард был потрясен.

– Но ведь ты не собираешься прислуживать евреям?

– А почему бы и нет? Ересь не блохи – не подхватишь.

Ричард пожал плечами и вслед за сестрой вошел внутрь.

Это был каменный дом. Как и большинство городских построек, он имел узкий фасад и был вытянут далеко вглубь. Они очутились в просторном вестибюле с очагом и несколькими скамьями. От доносившегося с кухни запаха у Алины потекли слюнки, хотя в нем и чувствовались незнакомые ароматы каких-то специй. К ним вышла смуглолицая кареглазая девушка. Поздоровавшись, она почтительно спросила:

– Так вы хотите увидеть ювелира?

Вот, оказывается, кто хозяин дома!

– Да, если можно, – ответила Алина. Девушка исчезла, и Алина огляделась. Конечно, чтобы уберечь свое золото, ювелиру нужен был каменный дом. Из вестибюля во внутренние покои вела массивная, обитая железом дубовая дверь. Окна были такими узкими, что в них не смог бы пролезть даже ребенок. Алина подумала, как, должно быть, действует на нервы, когда все свое состояние хранишь в золоте и серебре, которые в любой момент могут украсть, оставив тебя без средств к существованию. Правда, тут же вспомнила, что ее отец имел богатства совсем другого рода – у него были земли и титул, – и все равно он в один день потерял всё.

Вышел хозяин дома, маленький чернявый человечек, нахмурив брови, впился в них своими глазками, словно изучая драгоценный камень и определяя его стоимость. Через минуту он, казалось, подытожил впечатления и произнес:

– У вас есть что-то и это что-то вы хотите продать?

– Ты хорошо разбираешься в людях, ювелир, – ответила Алина. – Ты угадал: мы знатного происхождения, только вот сейчас оказались в несколько затруднительном положении. Но нам нечего продать.

Глазки еврея обеспокоенно забегали.

– Если вы хотите получить заем, боюсь...

– Мы и не надеемся, что кто-то одолжит нам денег, – перебила его Алина. – Поскольку нам нечего продать, нам нечего и заложить.

Он облегченно вздохнул:

– В таком случае как же я могу вам помочь?

– Не возьмешь ли ты меня в служанки?

Ошарашенный, он невольно попятился назад:

– Христианку? Да ни за что на свете!

– Но почему? – спросила расстроенная Алина.

– Нет-нет. Это невозможно.

Она почувствовала себя оскорбленной. То, что ее религия у кого-то вызывала негативное отношение, унижало ее. Вспомнив заумную фразу, сказанную Ричарду, Алина повторила ее, правда несколько переиначив:

– Религия не блохи – не подхватишь.

– Но горожане будут возражать, – парировал ювелир.

Алина понимала, что он использовал общественное мнение в качестве предлога, однако все равно в его словах была доля правды.

– Что ж, тогда нам лучше поискать богатого христианина, – проговорила она.

– Стоит, стоит поискать. – В голосе ювелира звучало сомнение. – Если молодая леди позволит, я скажу откровенно. Мудрый хозяин никогда не возьмет тебя в служанки. Ты ведь привыкла сама отдавать распоряжения, и тебе будет ой как трудно оказаться в роли исполнительницы. – Алина уже открыла рот, чтобы возразить, но он, подняв руку, остановил ее. – О, я знаю, сейчас ты готова на все. Но всю твою жизнь тебе прислуживали другие, и даже теперь в глубине души ты считаешь, что мир должен быть устроен так, чтобы доставлять тебе удовольствие. Из господ получаются никудышные слуги. Они непослушны, обидчивы, бестолковы, раздражительны и всегда думают, что очень хорошо работают, даже если делают гораздо меньше других, – от них одни только неприятности. – Он пожал плечами. – Это я говорю по своему собственному опыту.