Кен Фоллетт - Столпы Земли

– Говори яснее, – зло сказал он.

– Трудно подобрать понятные слова для такого безмозглого человека, как ты. Но я попробую. Сгоревшую церковь Уолеран использует в качестве предлога для того, чтобы заграбастать себе земли графства Ширинг. Это тебе понятно? Теперь дошло?

Ее презрительный тон все еще раздражал Филипа, но он не мог устоять перед желанием хоть как-то защитить себя.

– Никто и не делает из этого тайны. Доходы, получаемые с этих земель, пойдут на строительство собора.

– С чего ты взял?

– Да в этом-то и весь смысл! – негодующе воскликнул Филип, но в глубине души он уже почувствовал, как зашевелился в нем червь сомнения.

Звучавшая в голосе Риган пренебрежительность сменилась лукавыми нотками.

– А новые земли, – сказала она, – будут принадлежать монастырю или епархии?

Смотревший на нее Филип отвернулся: слишком уж отталкивающим было ее лицо. Он-то рассчитывал, что земли графства отойдут монастырю, в его подчинение, а вовсе не епархии, где их хозяином станет Уолеран. Но сейчас он припомнил, что во время разговора с королем епископ Генри почему-то просил, чтобы эти земли были отданы именно епархии. Филип решил, что он просто оговорился, однако ни тогда, ни позже эта оговорка так и не была исправлена.

Приор подозрительно сверлил Риган глазами. Она никак не могла заранее знать, что Генри собирался говорить королю. Так что ее утверждение, вполне возможно, было правдой. С другой стороны, не исключено, что она просто строила свои козни. Ведь от ссоры между Филипом и Уолераном выигрывали бы именно Хамлей.

– Уолеран – епископ, – проговорил Филип, – он должен иметь собор.

– Он много чего должен иметь, – возразила леди Хам-лей. Она несколько смягчилась и начала рассуждать, однако Филип все же не мог подолгу смотреть на ее лицо. – Для некоторых епископов действительно нет ничего важнее, чем иметь хороший собор. Но Уолеран не таков. Как бы там ни было, пока доходами графства распоряжается Уолеран, он будет давать тебе и твоим строителям столько, сколько найдет нужным.

Филип понимал, что она права, по крайней мере в этом. Если Уолеран получит ренту, он наверняка часть ее прикарманит для своих нужд. И только ему одному решать, какова будет эта часть. И уже ничто не сможет отвратить его от разбазаривания денег на цели, не имеющие ничего общего с собором. Филип же никогда не будет знать, сможет ли он в следующем месяце заплатить своим строителям.

Без сомнения, было бы гораздо лучше, если бы землей владел монастырь. Но Филип был уверен, что этому воспротивится Уолеран, которого наверняка поддержит епископ Генри. Тогда ему останется только обратиться непосредственно к королю. А король Стефан, видя, что церковники никак между собой не договорятся, запросто может решить проблему, отдав графство Перси Хамлею.

Этого-то и добивалась Риган.

Филип покачал головой:

– Коли Уолеран пытается обмануть меня, зачем тогда я вообще понадобился ему здесь? Он мог бы приехать сюда один и обратиться к королю с этой же просьбой.

Она кивнула:

– Мог бы. А если бы король спросил себя, насколько искренен Уолеран, утверждая, что графство нужно ему лишь для того, чтобы построить собор? Ты же убаюкал подозрение Стефана, явившись с поддержкой просьбы Уолерана. – В голосе ее снова послышалась презрительная интонация. – Ты ведь в своей грязной сутане выглядишь таким несчастным, что королю стало тебя жалко. Не-е-ет, Уолеран поступил умно, что прихватил тебя с собой.

Филип с ужасом чувствовал, что, похоже, она была права, но ему очень не хотелось признавать это.

– Просто ты хочешь оттяпать графство для своего мужа, – защищался он.

– Если бы я смогла представить тебе доказательство, согласился бы ты проскакать полдня, чтобы увидеть его?

Меньше всего Филип желал быть втянутым в интриги Риган Хамлей. Однако он должен был выяснить, действительно ли ее утверждение было правдой.

– Да, – неохотно проговорил он. – Я согласен.

– Завтра?

– Завтра.

– Тогда на рассвете будь готов.

На следующее утро, едва монахи удалились к утренней мессе, в монастырском дворе Филипа уже поджидал сын Перси и Риган – Уильям. Молодой Хамлей и Филип через Западные ворота выехали из Винчестера и тут же свернули к северу, на Княжескую дорогу. Приор знал, что в этом направлении, в полудне езды верхом, располагался дворец епископа Уолерана. Вот, значит, куда они направляются. Но зачем? Все это вызывало у Филипа сильное подозрение. Он решил быть начеку. Хамлей вполне могли попытаться использовать его в своих целях. Но каким образом? Возможно, у Уолерана хранился какой-нибудь документ, который Хамлей хотели увидеть или даже украсть, – что-то вроде грамоты. Молодой лорд Уильям мог сказать людям епископа, что они посланы забрать эту бумагу, а те поверят, так как вместе с ним будет приор Кингсбриджский. Уильям был вполне способен на такое, и Филипу следовало постоянно держать ухо востро.