Маргита Фигули - Вавилон

— Да, ты любишь его и любила задолго до меня.

— Что ты знаешь о моей любви!

— Да, ты любишь его!

— Откуда ты знаешь, кого я люблю? Моя любовь давно растоптана. Я хотела быть царицей Вавилонии, и эта мечта была моим единственным искренним чувством. Во мне столько сил, чтобы повелевать и покорять людей! Но мне не дано быть царицей, и я соблазняю мужчин, чтобы повелевать ими. Я ликую, когда самые непреклонные, гордые и надменные падают к моим ногам, как подкошенный колос. Ты не сумел одолеть Сан-Урри мечом, а я подчинила его, притворясь любящей.

— Телкиза… ты — и Сан-Урри! — Набусардара передернуло от отвращения, невидящим взглядом он смотрел на нее.

— Да, я это сделала, чтобы доказать тебе свою любовь к Вавилонии.

— Сан-Урри — и жена верховного военачальника армии его величества царя Валтасара?! — Он заскрежетал зубами.

— Забудем на время о чувствах. Знаю, я часто ранила твое сердце, и так будет всегда, я ведь не изменюсь. Знаю и о том, что в последнее время ты тосковал о чистой любви и как будто нашел ее в Деревне Золотых Колосьев. Ты выбрал госпожой своего сердца дочь Гамадана. Из-за нее ты отвернулся от меня и от других женщин. В твоем гареме, в квартале летних дворцов, бунтуют твои наложницы. Отказываются брать золото, принадлежащее им. Тоскуют по тебе и не могут жить без тебя. Угрожают покончить с собой. С большим трудом я успокоила их. Я обещала, что ты придешь к ним, хотя знаю, что они ждут тебя напрасно. Ты думаешь только о дочери Гамадана и о спасении государства от персов. Дочь Гамадана уже твоя, но еще не твоя Вавилония. Я помогаю тебе обрести ее. Помогая по-своему. Накануне заседания совета я одарила любовью многих сановников. Моя любовь оказалась сильнее пятидесяти имений, раздаренных Эсагилой. Это я склонила Валтасара утвердить твой план обороны.

Набусардар закрыл глаза ладонью и проглотил скопившуюся во рту горечь. Внутри у него все напряглось и застыло, как перед бурей.

Телкиза продолжала:

— Я знаю, ты очень гордился своим успехом, и теперь я уязвила твою гордость. Что поделать, такова жизнь. Я ненадолго отвлеку тебя от дел.

Она отвела руку Набусардара от лица. Взяв со столика принесенный ею цветок и, играя его стеблем, заговорила:

— План твой приняли, но его еще надо осуществить. Я была у Сибар-Сина, когда Эсагила, воспользовавшись твоим отсутствием, выступила против тебя; правда, это окончилось крахом. Тебе известно, что воинами Эсагилы командовал Сан-Урри, спасшийся от твоего меча. Он тщеславен и мстителен. От Сибар-Сина я узнала такое, чего ты никогда бы ни узнал. Сибар-Син вошел в доверие к Эсагиле, заплатив огромный выкуп за дочь Гамадана, — она должна была принадлежать ему во время весенних празднеств. Но она скрылась и нашла защиту у тебя. Сибар-Син не подозревает, что напрасно радуется, предвкушая весенние празднества. Твоя прислав верна тебе, и, кроме меня, об этом еще не знает никто. Может быть, ты спросишь, каким образом мне стало это известно, но я все равно не скажу. Затем я посетила святилище Иштар и положила на ее алтарь щедрые дары. Разумеется, не без тайной мысли.

В рассеянности она обрывала лепестки цветка и бросала их на ковер.

— Не без умысла, Набусардар. Я узнала, что Сан-Урри принес щедрые дары доблестной Иштар из Арбелы за то, что она сохранила ему жизнь в схватке с тобой. Я подкупила главную жрицу святилища Иштар, чтобы она позволила мне в одеянии прислужницы принять Сан-Урри. Я одурманила любовью этого малоумного великана. Я налгала ему, будто каждый день буду молиться Иштар, чтобы ему сопутствовала удача. Я уверила его, что тому, о ком я молила небесную владычицу любви, всегда и во всем сопутствовал успех. В полумраке он не знал меня и не подозревал, кто лежит в его объятьях, Он с готовностью выложил мне все, что у него на уме. А на прощанье вручил мне золотую монету, посмотри, вот она.

На ладони Телкизы сверкнула монета. Набусардар уставился на нее. А Телкиза с волнением перевела свой взгляд на мужа. Внезапно пальцы ее задрожали, и она судорожно сжала монету, так что ногти впились в ладонь. С чувством неподдельного страдания она вдавила ногти и резко подняла лицо вверх.

Она, которая должна была стать царицей Халдейской державы, одна из самых богатых и знатных вавилонянок, приняла золотую монету от какого-то Сан-Урри. Лицо ее ожесточилось, от всей ее фигуры повеяло холодом. Вдруг она стремительно выпрямилась и пристально посмотрела на Набусардара.

— Эта монета, Набусардар, останется у меня не как память о Сан-Урри, как свидетельство того, что я перехитрила Предателя. Сан-Урри доверительно поведал мне, что собирается сделать. Он отправится на север и…