Дэвид Чейни - Мастер меча

Точеную фигурку Нами изящно облегало сиреневое платье с узором, изображавшим иву. Его цвет выгодно контрастировал с бирюзовыми тонами нижних одежд, крайчики которых пышными слоями охватывали запястья гостьи. Она распространяла вокруг себя изысканный запах духов – опьяняющий, но чистый. Куда делся щуплый мальчик-слуга в лохмотьях, который недавно въехал в лагерь Кисо?

В начале восьмого месяца в одном из павильонов поместья Рокухара состоялась тайная беседа, имевшая далеко идущие последствия.

В беседе принимали участие трое: Первый министр Имперского совета князь Тайра Мунемори, его вдовствующая мать Нии-Доно и единовластный правитель Этиго и прилегающих в нему провинций князь Дзо-Сукенага.

На третьем часу переговоров стороны стали приходить к согласию.

– У меня в Этиго четыре тысячи воинов, – сказал Сукенага. – Нужно отправить гонца, чтобы предупредить их. На это уйдет время. Мой сын встанет во главе моих самураев и начнет действовать, как только получит известия от меня, но ему также понадобится несколько дней, чтобы поднять воинов в поход и привести их на юг.

– Мы отдаем под ваше начало четыре тысячи имперских охранников, – перебил его Мунемори. – Они полностью вооружены и хорошо обучены. Через час после получения приказа эти войска будут готовы к выступлению.

– Мне ясен мой долг! Я остановлю Кисо в Этидзене! – произнес Сукенага.

– У каждого есть свой долг, – напыщенно произнес Мунемори. – Ваш долг не тяжелее нашего. Люди чести не выбирают – они принимают и исполняют.

Тут заговорила Нии-Доно – в первый раз с начала беседы.

– Хорошо сказано, сын! – похвалила она, потом обратилась к Сукенаге и прошипела голосом, от которого у того мороз пошел по коже: – Добудьте нам голову Тадамори-но-Йоши! Это самая важная часть вашей задачи.

Дзо-Сукенага встал с колен и поклонился. Лицо его было спокойным. Но внутренне он содрогался от отвращения и зловещих предчувствий. Князь отогнал от себя эти ощущения и, почтительно пятясь, вышел из павильона. Тайра правы. Надо признать, Кисо действительно с некоторых пор успешно разворачивается у него под носом. Сукенага сам виноват, что слишком долго не обращал внимания на очевидную опасность. Теперь он должен бороться с ней. Как только Сукенага пришел к этому заключению, он успокоился и повеселел. В уме его возник хорошо рассчитанный план войны. Он лично поведет против Кисо четыре тысячи воинов имперской охраны. Они оттеснят армию Кисо на север. Тем временем гонец прибудет в его замок в далеком краю Этиго и передаст сыну приказ отвести его, Сукенаги, собственные войска навстречу армии горцев. Кисо будет раздавлен, как орех между молотом и наковальней. Если правильно рассчитать время – победа в кармане. Операция будет простой и блестящей.

В начале девятого месяца армия Кисо стояла на северном берегу реки Хино в провинции Этидзен. Погода была сухая и жаркая. Посевы засохли, и урожай злаков погиб. Рисовые поля превратились в большие обезвоженные пустыри. Если не будет дождей, северные провинции еще до конца года станут огромной пустыней.

Уже две недели небо днем походило на чашу с расплавленным металлом. Все это время армия Кисо передвигалась по пыльным дорогам северных провинций, пополняясь умирающими от голода крестьянами.

Кисо объявил, что теперь у него под началом более десяти тысяч человек. Йоши знал, что на самом деле их меньше пяти тысяч, часть из которых простой необученный люд.

Лагерь армии беспорядочным нагромождением палаток и навесов тянулся от северного берега реки Хино до отвесной скалы, находившейся на западном краю отвесной площадки, омываемой причудливым изгибом реки.

Кузнецы уже установили свои наковальни и разожгли костры, которые добавили к духоте еще больше жары и чада. Лошади бродили в кустах, скребя зубами землю в поисках корма.

Кисо восседал на коленях в совещательной половине своей палатки лицом к расположившимся по кругу офицерам своего войска, шел военный совет. Томов сидела слева от вождя горцев, Имаи, Тедзука, Дзиро и Таро – справа. Эти четыре отважных воина – «четыре царя», как их прозвали воины, – знали Кисо с детства и были готовы умереть за своего вождя. ^

Йоши и Сантаро также находились здесь, сидя плечо к плечу, как раз напротив Кисо. Кроме уже названных военачальников на совете присутствовали князь Юкийе и еще четыре офицера-самурая.

Кисо заговорил: