Дэвид Чейни - Мастер меча

Йоши направил в голову противника проверочный выпад. Как он и ожидал, клинок его был легко отбит. Монах умело нанес ответный удар, заставив Йоши отступить. Потом монах прорычал имя Йоши и навязал ему комбинацию атакующих выпадов, которую мастер меча легко заблокировал.

– Не помнишь меня, Йоши-деревенщина? – прошипел противник, отступая.

Йоши никто не называл деревенщиной с детских лет, со времени обучения в Конфуцианской школе. Йоши напряг память.

– Цадамаса? – неуверенно спросил он. Монах тяжело дышал. Его рот полуоткрылся, глаза налились кровью.

– Раньше Цадамаса, теперь Канген, монах-воин храма Энряку-дзи, – выдохнул противник.

– Значит, Канген. Теперь я вспомнил тебя: ты дразнил меня, когда я был ребенком. Чего ты хочешь от меня теперь? Что ты сделал с моей семьей?

Канген не ответил. Он собрался с силами и злобно атаковал, тесня Йоши к двери. Тут мастеру боя ударил в нос запах дыма. Его сознание разделилось на две части: одна следила за клинком врага, другая искала источник запаха. Есть! Огонь, который, казалось, потух, лизал кучу мусора, временами вспыхивал и вновь угасал. Если Йоши не кончит эту схватку быстро, займется все здание.

– Хватит, Канген, – холодно произнес мастер боя, прыгнув на белую фигуру, Кисть сенсея работала так быстро, что на месте клинка образовался белый свистящий полукруг.

Канген парировал несколько ударов и отступил к стене. Дальше отходить было некуда, монах стал вращать мечом, защищаясь в стиле «мельница». Йоши встал на границе досягаемости, пропустил три оборота клинка, потом в какую-то долю секунды неуловимым движением ухватил врага за запястье и, вывернув ему руку, обезоружил его.

Канген, удивленно открыв рот, следил за своим мечом, который, крутясь колесом, пролетел по комнате и упал в темном углу. В тот же миг короткий клинок Йоши был приставлен к его горлу. Лезвие рассекло кожу врага ровно настолько, чтобы на дымчатой поверхности стали появились несколько алых капелек.

– Пожалуйста, сохрани мне жизнь, – заговорил монах, и страх исказил его лицо. – Я скажу тебе, куда отправили твоих близких. Прошу тебя!

Слеза выкатилась из круглого, словно пуговица, глаза и исчезла в складках одутловатой щеки. Колени Кангена подкосились.

В зале для медитации маленькой часовни, притулившейся на задворках гигантского комплекса Энря-ку-дзи, шла тайная беседа.

– Сможет ли Канген его обмануть? – спросил великан Дзёдзи. – Когда человеку сопутствуют духи…

Священник Теме резко оборвал монаха:

– Чепуха! Не строй из себя идиота: Йоши человек, ни больше и ни меньше. Умелый воин, он имеет те же слабости, что и мы все. Не говори мне больше о волшебстве и чарах.

– Так-то оно так, – пробормотал Дзёдзи. – Но все же он так удачлив.

– Кончилось его счастье. Мой план сработает. Муку, монах из крестьян, проворчал:

– Куда бы лучше было устроить засаду в доме Фумио. Твой план слишком сложен. С чего ты взял, что он потащится сюда?

– Муку, как бойца я тебя ценю, но думать предоставь мне. Я изучил Йоши. Он не убьет Кангена. Его любовь сильнее желания мстить. Я приказал Кангену убить Йоши. Теме пожевал губами и продолжил: – Если он сделает это, мы отпустим заложников. Если Канген будет побежден, Йоши заставит его говорить. Канген будет юлить до тех пор, пока не почувствует настоящую угрозу. Тогда он выложит все. И Йоши явится сюда».

– Когда же? – спросил Дзёдзи.

– Думаю, не позже, чем через час.

– А если он дождется дня?

– Тем лучше. Мы не обязаны демонстрировать мужество, как самураи. Как только Йоши минует рощу, он будет виден из храма, я ударю в колокол и десять лучников поразят цель.

– Скажи еще, – попросил Муку, – почему ты так уверен, что он полезет под наши стрелы?

– Он будет взбешен и потеряет контроль. Он посчитает, что монахи – несерьезные противники. Как человек прямодушный и честный воин, он бросит нам вызов и встанет против нас с мечом в руке.

– А если он проникнет в храм раньше, чем лучники заметят его?

– Я не дурак. По всем дорогам рыщут наши люди. Они будут сообщать о его продвижении криком совы.

– Значит, неудачи быть не может? – Дзёдзи нервно сжимал огромные кулаки. Мысли о сверхъестественных возможностях Йоши не покидали гиганта.

Теме покачал головой и, скрывая раздражение, твердо произнес:

– Неудачи быть не может.

Несмотря на уверенный вид, Теме нервничал не меньше Дзёдзи. Он смотрел на угрюмое лицо бородача Муку и завидовал этому лишенному воображения крестьянину с грубой душой. Конечно, все пройдет хорошо. Но… почему у него так щемит под ложечкой?