Александр Кравчук - Нерон

Поэтому репрессии были жестокими. Призвали в армию четыре тысячи юношей-иудеев из Рима, направив их на Сардинию якобы для борьбы с тамошними разбойниками. Тогда это был дикий остров с более чем суровыми условиями жизни, поэтому многие из сосланных туда пропали без вести. Часть новобранцев отказалась взяться за оружие, их ждали тяжелые наказания.

Клавдий сначала относился к иудеям доброжелательно. Об этом свидетельствуют его эдикты первых лет правления, подтверждающие привилегии, коими иудеи до тех пор пользовались. Позже, однако, кажется, в 49 году, в римской общине вспыхнули какие-то волнения на почве религиозных споров. Император не вникал в причины беспорядков. Он запретил иудеям собираться, что на деле лишило их возможности отправлять службу в храме. Поэтому часть из них покинула тогда столицу. Некоторые переселились в соседние города, другие выехали в различные провинции.

Через некоторое время эдикт, хотя и не отмененный, был предан забвению. Римская иудейская община сохранилась и по-прежнему привлекала последователей, которых называли прозелитами.

Не думается, чтобы Помпония Грецина принадлежала к числу сочувствующих иудаизму. Но христианкой она наверняка не была. Эта легенда родилась много столетий позже из упоминания у Тацита о том, что Помпония жила, предаваясь печали. Но Тацит ясно говорит, что она погрузилась в траур после смерти Юлии, а следовательно, это происходило в 43 году. Христианство тогда делало только первые шаги в Иудее, и никакой миссионерской деятельности в других странах не вело.

Почему, однако, трудно признать Помпонию прозелиткой иудаизма? Ответ прост: и тогда были аристократки, равные ей по общественному положению и вовсе не скрывавшие своих симпатий к иудеям, но никто из-за этого не подвергал их упрекам. К числу таких женщин принадлежала и та, с которой начиная с 58 года все теснее сплеталась судьба Нерона.

Дед Поппеи Сабины был родом из Помпей. При Августе, в девятом году, этот Поппей Сабин занимал должность консула, потом же 24 года — почти четверть века — являлся наместником трех балканских провинций — Мезии, Македонии и Ахайи, то есть всей нынешней Греции, а также части Югославии, Болгарии, Румынии. У него были большие организаторские заслуги, он славился и как блестящий полководец.

Его дочь Поппея Сабина считалась самой красивой женщиной в тогдашнем Риме. Она вышла замуж за юного аристократа Тита Оллия, чей род тоже вел свое начало из Помпей. Их брак был недолговечен. В 31 году Оллий в самом начале своей карьеры погиб. Именно тогда император Тиберий узнал о заговоре своего префекта преторианцев. Сеяна. Все, кто подозревался в содействии Сеяну, поплатились жизнью. Среди приговоренных к смерти был и муж прекрасной Поппеи. Осиротела его маленькая дочь, которая позже стала носить не его фамилию, а матери, как более известную.

Через шестнадцать лет завистливая Мессалина явилась причиной гибели Поппеи-старшей. Она приплела ее к делу Валерия Азиатика, а также заподозрила в том, что мим Мнестер, с которым у нее у самой был роман, — любовник Поппеи. Младшей Поппее тогда было по крайней мере лет восемнадцать. Она слышала, как доносчики угрожали ее матери тюрьмой и истязаниями. Она в бессильном отчаянье взирала на то, как стараются погубить эту красивую, в расцвете лет женщину, которую боготворил Рим. Вся драма длилась несколько часов. Какими же словами мать, принуждаемая к самоубийству, прощалась с дочерью?

Красоту Поппея унаследовала от своей несчастной матери. Светло-золотистые волосы, столь редкие на юге, делали ее почти экзотической красавицей. Ее крайне заботило сохранение красоты и свежести. Как-то она призналась:

— Я хотела бы умереть раньше, нежели начну увядать.

Поппея не только принимала ванны из молока ослиц, но пользовалась специальными кремами, которые еще много лет спустя причислялись римлянками к лучшим косметическим средствам. Унаследованное от предков состояние Поппеи было громадным, поэтому она могла позволить себе всякого рода роскошества.

Поппея отличалась не только красотой. Она была также образованной и высокоинтеллигентной женщиной. Даже недруги признавали, что беседа с ней — истинное наслаждение. Она интересовалась религиями, особенно же была связана с иудаизмом. Некий еврейский писатель позже назвал ее благочестивой женщиной. В ее окружении, как и во всех известных римских домах, хватало и астрологов.