Марк Равина - Последний самурай

Это недоверие могло разрушить союз Сацума и Тёсю, но сёгунат продолжал настраивать против себя Сайго и других лидеров Сацума. Например, 3/1866 сёгунат попытался аннулировать компромисс относительно пяти беглых придворных, потребовав от княжества Фукуока выслать их в Осака. Сайго рассматривал это как предательство. Он почувствовал себя задетым за живое, поскольку сам недавно посетил придворных и заверил их в том, что Сацума продолжает заботиться об их безопасности. Сайго отправил в Фукуока своего доверенного агента Курода Киёцуна с небольшим отрядом солдат, чтобы блокировать усилия сёгуната. Курода успешно справился с заданием, и 29/5/1865 Сайго сообщил о его успехе Окубо: Курода отмел аргументы представителей сёгуната, и Фукуока теперь снова объединилось с Сацума в поддержке «справедливости» ( сэй - рон). Курода полностью разрушил план сёгуната, и «это давление со стороны сёгунских инспекторов может стать началом объединения Кюсю [против сёгуната]».

К лету 1866 года сёгунат оказался пойманным в собственную ловушку. Поскольку он публично настаивал на дополнительных уступках со стороны Тёсю, его легитимность теперь полностью зависела от согласия этого княжества. Но сёгунат не мог добиться согласия без участия военной коалиции, создать которую было практически невозможно, поскольку большинство могущественных даймё были против второй войны с Тёсю. Сёгунат попытался заручиться поддержкой Сацума, но эти усилия были малоэффективными и носили скорее комический характер. Сёгунат приказал Сацума отправить войска в начале 4/1866, а 14/4/1866 лидеры Сацума ответили официальным отказом. Итакура Кацу-киё, старейшина сёгуната, понимал, что он не сможет добиться согласия Сацума, но в то же время не хотел принимать полученный отказ. В Киото Окубо отправился в резиденцию Итакура и потребовал объяснить, почему он не принял письмо Сацума. Вместо того чтобы объяснить свои действия, Итакура отказался от любых дальнейших встреч с Окубо. Судя по всему, сёгунат не хотел принимать «нет» за ответ. Отказ Сацума принять участие в военной коалиции и последовавший за этим фарс укрепил решимость княжеств игнорировать Призыв сёгуната к оружию. Многие зависимые даймё отправили войска, но при этом поскупились на их экипировку, не желая расходовать боеприпасы или деньги.

Чтобы продемонстрировать свой нейтралитет, некоторые из соседей Тёсю отказались от применения силы, в конце концов сёгунату удалось собрать значительную армию, но она плохо подходила для непопулярной войны против воодушевленного врага. Это предвещало катастрофу, но сёгунат не смог найти другой альтернативы. Казалось, что сёгунат выполняет предсказание Сай-го о своем саморазрушении.

7/6/1866 сёгунат и его союзники вторглись в Тёсю с четырех сторон-, сухопутные силы из княжества Хиросима на востоке, из княжества Цувано на севере, из княжества Кокура на юго-западе, а военно-морские силы со стороны Внутреннего моря на юго-востоке. На юго-восточном фронте сёгунат быстро захватил маленький остров, но это оказалось его главным военным успехом. На остальных трех фронтах сёгунат был быстро отброшен назад. Его войска не рвались в атаку, не прикрывали фланги и не поддерживали наступающие подразделения. Командующий силами сёгуната на восточном фронг'е, испытывавший отвращение ко всему этому предприятию, заключил локальный мир с Тёсю. Это позволило Тёсю использовать освободившиеся войска для развития успеха на северном и юго-западном фронтах. К концу 7/1866 Тёсю захватило значительные княжества Хамада и Цувано на севере, а в начале 8/1866 защитники замка Кокура, расположенного на противоположной стороне пролива Симоносэки, подожгли свой замок, чтобы не сдавать его Тёсю. Это была катастрофа огромных масштабов. Вместо того чтобы наказать Тёсю, сёгунат наказал своих союзников, спровоцировав вторжение Тёсю на их территорию. Сёгунат теперь отчаянно сражался за то, чтобы избежать полного публичного унижения.

На фоне этого разгрома начали распространяться слухи о том, что сёгун мертв. Иэмоти и в самом деле умер в Осака 20/7/1866, но его смерть оказалась внезапной, и сёгунат не успел подготовить наследника. До тех пор, пока вопрос с наследованием не будет решен, режиму требовалось держать факт смерти сёгуна в тайне. Иэмоти было только двадцать, он не имел сыновей, так что самым очевидным кандидатом был его регент, Хитоцубаси Кэйки. Однако Кэйки без энтузиазма отнесся к предложению занять этот пост. Его безразличие было вполне понятным. Сёгунат находился в глубоком упадке, и титул сёгуна был скорее тяжкой ношей, чем благословением. Единственный способ спасти сёгунат состоял в проведении радикальных реформ, но Кэйки, как посторонний, не имел достаточного влияния на административный аппарат сёгуната в Эдо. Многие историки думают, что безразличие Кэйки было притворным. Если бы он согласился сразу, то показался бы амбициозным и еще дальше оттолкнул бы от себя администрацию Эдо. Ну а приняв предложение после многократных просьб, он смог бы в конечном итоге добиться; того влияния, которое ему требовалось для проведения реформ.