Марк Равина - Последний самурай

Для Сайго события конца 1864 года стали еще одной жизненной вехой. Хотя в начале 1864-го он заявлял о том, что доволен своей жизнью в ссылке, в конце года он снова стремился представлять свое княжество в национальной политике. Одним из самых заметных признаков смены настроения у Сайго был его выбор имени для корреспонденции. После попытки самоубийства в 1858 году Сайго использовал имя Кикути Гэнго. После 1862-го он взял имя Осима Санэмон, в память о ссылке ла Амамиосима. Однако в ходе военной экспедиции в fëcio он снова начал подписывать письма своим именем — Сайго Китиносукэ. Он больше не считал себя ссыльным; теперь он был государственным человеком и мог снова использовать имя своего отца. Он также решил жениться на женщине, чей социальный статус будет соответствовать его нынешнему положению. 28/1/1865 он заключил брачный союз с Иваяма Ито, дочерью секретаря старейшины княжества. Она была прекрасной парой для человека такого низкого происхождения, как Сайго, и этот брак стал еще одним свидетельством его возвышения. Данный брак, как и первая женитьба Сайго, был скорее семейным, чем личным. Союз Сайго и Ито был биологически продуктивным (сын и две дочери), сравнительно гармоничным и внешне лишенным интимности.

Как и большинство мужчин своего времени, Сайго имел увлечения на стороне. Хотя Сайго был исключительно сдержан в отношении своей интимной жизни, мы знаем о его любовнице из наблюдений друзей. Один из его современников, Окатами Сигэми, вспоминал, как он видел Сайго в образе щеголеватого покровителя гейши. Сайго возвращался в конце дня в свой дом в Киото, брился, менял одежду, а затем, красивый и галантный, отправлялся навестить свою гейшу. Из мемуаров Кацу Кайсю нам известно прозвище любовницы Сайго. Согласно Кацу, после того как Сайго вернулся Из ссылки, у него начался бурный роман с гейшей из Киото, которая была такой толстой, что ее называли «Принцесса свинья» (Бутахимэ). Судя по всему, о связи Сайго с «Принцессой свиньей» было хорошо известно в элитных кругах. Когда 3/1873 Сайго встречался с дайме Увадзима, тот спросил, правда ли, что у него бьід роман с женщиной из Киото. Сайго ответил, что это правда, и тут же перевел разговор на политику. Несмотря на свое непривлекательное прозвище, «Принцесса свинья», по-видимому, была очень привлекательной для Сайго-. имея рост около 180 сантиметров и вес более 120 килограммов, Сайго наслаждался обществом самой пышной гейши в Киото. Несмотря на свое неожиданное богатство и власть, вкусы Сайго по-прежнему оставались простыми. Из всех красоток императорской столицы Сайго выбрал женщину, которую его друзья находили комически толстой.

Завершение карательной экспедиции в Тёсю стало важной поворотной точкой в японской политике. В 1863 году Сацума и Тёсю встретились на поле боя, но в 1865-м эти княжества равномерно продвигались к заключению антисёгунского союза. Это был медленный, деликатный и взрывоопасный процесс. Принимая во внимание их ожесточенное соперничество, критикам с каждой из сторон было легко называть любое сотрудничество уступками врагу. Как годами позже вспоминал Кидо Койн, ведущий политик из Тёсю, многим казалось легче потерпеть сокрушительное поражение от сёгуна-та, чем обратиться за помощью к Сацума. Процесс продвижения Сацума и Тёсю от непримиримой вражды к новому союзу основывался главным образом на их обшей неприязни к сёгунату. Княжество Сацума противостояло сёгунату, потому что Кэйки разрушил кобу гаттай. Тесю противостояло сёгунату из-за карательной экспедиции. Два княжества не доверяли друг другу, но они оба еще меньше доверяли сёгунату.

Сёгунат превратил себя в удобную мишень. Между осенью 1864 и летом 1866 года режим представлял собой вихрь самоубийственной ярости. Раздираемый серьезными внутренними противоречиями, сёгунат одновременно вел себя воинственно и примирительно, агрессивно и нерешительно. К концу 1868 года люди из Сацума и Тёсю смотрели на сёгунат со смесью гнева и отвращения. Собственная враждебность Сайго была усилена той жестокостью, с которой сёгунат обошелся с участниками восстания Тэнгу. После вынужденной капитуляции мятежников 12/1864 сёгунат казнил сотни пеших солдат. Сёгунат также попросил княжество Сацума взять под стражу тридцать пять самураей низкого ранга и отправить в ссылку на острова Амами. Сайго был возмущен. Согласно давно устоявшейся японской традиции, писал он, командиров побежденных армий после капитуляции ожидает смерть, но простых солдат нужно прощать. Действия сёгуната были беспрецедентными по своей жестокости, настаивал он, и со стороны Сацума будет аморально принять пленников. Окубо, как и Сайго, был потрясен действиями сёгуната, и в своем дневнике он записал, что жестокость режима является предвестником его скорого крушения. Но гнев Сайго имел и личную окраску, поскольку он сам страдал в ссылке на Амамиосима. Кроме того, в ходе карательной экспедиции в Тёсю Сайго, в знак искренности своих намерений, простил пленных солдат из этого княжества, Хотя и потребовал казни их командиров. Именно так Должен вести себя благородный человек. Почему, удивлялся Сайго, сам сёгунат не понимает таких простых принципов самурайской чести?