Эйдзи Ёсикава - Честь самурая

Седьмого числа Хидэёси выехал из Адзути, одиннадцатого остановился в крепости Сакамото. Ему донесли, что в провинции Исэ сложил оружие Такигава Кадзумасу. Хидэёси пожаловал ему удел в провинции Оми, соответствующий пяти тысячам коку риса. У него и в мыслях не было карать Кадзумасу за былые грехи.

Гамо Удзисато– старший вассал клана Ода

Накагава Канэмон– комендант крепости Инуяма

Икэда Юкискэ– сын Сёню

Бито Дзинэмон– вассал Хидэёси

Мори Нагаёси– зять Икэды Сёню

Сакаи Тадацугу– старший вассал Токугавы

Хонда Хэйхатиро– старший вассал Токугавы

Ии Хёбу– старший советник Токугавы

Миёси Хидэцугу– племянник Хидэёси

Ода Нобутэру– дядя Нобуо

Исэ – владение Оды Нобунаги

Нагасима – главная резиденция Оды Нобуо

Огаки – дворец Икэды Сёню

Гора Комаки – укрепленные позиции, удерживаемые Иэясу

Гакудэн – главный лагерь Хидэёси

Окадзаки – дворец Токугавы Иэясу

Осака – новый дворец Хидэёси

Всего лишь за один быстро промелькнувший год власть и влияние Хидэёси возросли так стремительно, что он и сам дивился этому. Он уничтожил кланы Акэти и Сибата, заставил склониться военачальников Такигаву и Сассу, сам Нива выказал ему особое доверие, а Маэда Инутиё доказал свою верность былой дружбе.

Ныне под властью Хидэёси оказались почти все провинции, прежде покоренные Нобунагой. Разительная перемена обнаружилась и в отношениях с князьями тех провинций, которые сумели сохранить независимость или хотя бы ее видимость. Клан Мори, что много лет противился замыслу Нобунаги подчинить всю страну, заключил с Хидэёси договор о союзе и прислал заложников.

Оставался один могущественный князь, намерения которого были по-прежнему загадочны, – Токугава Иэясу. Между ним и Хидэёси никаких отношений долгое время не было. Они затаились, как соперники над игральной доской в ожидании сильного хода противника.

В конце концов молчание закончилось. Действовать начал Иэясу: двадцать первого числа пятого месяца, вскоре после возвращения Хидэёси в Киото, к нему в крепость Такарадэра прибыл один из военачальников Иэясу, старший по возрасту и званию – Исикава Кадзумаса.

– Я прибыл с поздравлениями от его светлости князя Иэясу. Вы одержали великую победу и тем восстановили в стране мир и покой.

Произнеся эти высокопарные слова, Кадзумаса вручил Хидэёси драгоценный подарок – старинную шкатулку-хацухана для хранения чая.

Хидэёси успел стать ценителем чайной церемонии, изысканный подарок его обрадовал. Не меньше была радость и от того, что Иэясу первым обратился к нему с учтивыми поздравлениями.

Кадзумаса хотел в тот же день отправиться назад, в Хамамацу, но Хидэёси отговорил его.

– Вам некуда спешить, – сказал он. – Погостите у меня два-три дня. Я дам знать князю, что вы задержались здесь по моей просьбе. Назавтра нам предстоит небольшое семейное торжество.

Небольшим семейным торжеством Хидэёси назвал пир по случаю получения нового высокого титула. Император преподнес ему титул за заслуги на поле сраженья и в мирных делах. Кроме того, Хидэёси собирался объявить о начале строительства в Осаке новой крепости.

Пиршество длилось три дня. Все эти дни бесчисленной чередой в замок прибывали гости, а в узких улицах города не было проходу от паланкинов придворных, их слуг и лошадей.

Кадзумасе пришлось признать: мантия Нобунаги отныне на плечах Хидэёси. До приезда сюда он был твердо убежден, что славу и влияние Нобунаги унаследует Токугава Иэясу. Часы, проведенные в гостях у Хидэёси, заставили его передумать. Мысленно сравнивая владения Хидэёси и Иэясу, сравнивая численность и мощь военных сил, Кадзумаса с грустью осознавал, что княжество Токугавы – всего лишь небольшой провинциальный удел в восточной Японии.

Через несколько дней Кадзумаса объявил, что собирается отбыть. Хидэёси проводил его до ворот Киото. Когда они двигались верхами по дороге, Хидэёси обернулся в седле и предложил Кадзумасе, скакавшему чуть позади, поравняться с собою. Человек другого клана, Кадзумаса мог рассчитывать на знаки милости – но чтобы скакать рядом с самим князем…

Хидэёси приветливо заметил:

– Все равно мы едем вместе, так не лучше ли ехать рядом? Дорога в Киото скучновата, добрая беседа скрасит путь.