Эйдзи Ёсикава - Честь самурая

– Обезьяна! – Нохатиро вышел в сад в поисках Хиёси.

– Я здесь.

Нохатиро поднял голову. Хиёси сидел на крыше.

– Ты что там делаешь?

– Чиню крышу.

– В такую жару, – удивился Нохатиро. – Зачем?

– Погода сейчас прекрасная, но скоро зарядят дожди. А в сезон дождей звать кровельщиков поздно, вот я и заменяю поврежденную черепицу.

– Вот потому тебя здесь и не любят! Все отдыхают в тени.

– Если бы я работал там, где они спят, я потревожил бы их покой. А здесь я никому не мешаю.

– Врешь! Готов побиться об заклад, что ты забрался на крышу, чтобы разведать окрестности.

– Господин Нохатиро, вы всегда меня в чем-то подозреваете. Не позаботишься заранее, так беда врасплох застанет.

– Умник нашелся! Господин рассердился бы, услышав твои наставления. Немедленно слезай!

– Слушаюсь. У вас поручение для меня?

– Вечером прибудут гости.

– Опять?

– Что значит «опять»?

– А кто приедет?

– Человек, который путешествует по стране, изучая воинские искусства.

– И сколько народу с ним?

Хиёси спустился на землю. Нохатиро развернул свиток:

– Мы ожидаем господина Хитту Сёхаку, родного племянника князя Камиидзуми из Ого. Его сопровождают двенадцать человек. И кроме того, еще один всадник с тремя вьючными конями и прислугой.

– Уйма!

– Эти люди посвятили себя овладению воинским искусством. У них огромная поклажа, множество лошадей, так что убери комнаты для работников, мы их слуг там поселим. Управься до вечера, пока гости не приехали.

– Слушаюсь, господин. А долго ли они здесь пробудут?

– Месяцев шесть. – Нохатиро устало смахнул пот со лба.

Вечером Сёхаку и его свита подъехали к главным воротам. Путники осадили коней и стряхнули пыль с одежд. Старшие и младшие члены клана высыпали наружу, вежливо приветствуя гостей. Хозяева произносили длинные речи, на которые столь же учтиво и пространно отвечал Сёхаку, человек лет тридцати. Церемония приветствий закончилась, и слуги занялись лошадьми и поклажей, а гости во главе с Сёхаку вошли в дом.

Хиёси понравилась встреча, проведенная в соответствии с правилами этикета. Ее торжественность свидетельствовала о почете, которым окружены воины, что, несомненно, связано с их серьезной ролью в судьбах страны. В последнее время выражения Путь Воина, Искусство Меча, Искусство Копья были у всех на устах. Имена знаменитых мастеров ратного дела Камиидзуми из Ого или Цукахары из Хитати упоминались в каждой беседе. Их странствия по Японии почитались более, чем паломничества известных буддийских монахов. Цукахара путешествовал в сопровождении семидесяти человек, включая сокольничих. Разъезжали они с великой пышностью.

Численность свиты Сёхаку не удивила Хиёси. Хиёси предчувствовал, что его теперь загоняют со всевозможными поручениями. Через несколько дней многочисленные гости начали обращаться с Хиёси как с собственным слугой.

– Эй, Обезьяна! Постирай мне белье!

– Обезьяна князя Мацуситы! Сбегай к лекарю, купи притираний!

Летние ночи были коротки, и у Хиёси почти не оставалось времени на сон, и однажды в полдень он едва не уснул под сенью павлонии. Он стоял, обхватив дерево руками, низко свесив голову. По пересохшей земле ползла цепочка муравьев.

В это время с поля для верховой езды возвращались двое молодых самураев, недолюбливавших Хиёси.

– Смотри, Обезьяна!

– Заснул на ходу!

– Второго такого бездельника не найти! Как он сумел стать любимчиком у господина и госпожи? Застань они его сейчас, им бы не понравилась его лень.

– Давай его разбудим и проучим.

– Как?

– Он единственный из слуг, кто ни разу не упражнялся в военном деле, верно?

– Его все не любят, поэтому он боится, что ему крепко достанется на занятиях.

– Упражнения в военном деле – святая обязанность каждого, кто живет в доме воина. Служба не за страх, а за совесть – таков неписаный закон в самурайском доме.

– Я все это знаю, ты это лучше Обезьяне растолкуй.

– Разбудим его и отведем на поле для верховой езды.

– Вот смеху будет!

Один из них коснулся плеча Хиёси кончиком копья:

– Эй, проснись!

Глаза Хиёси оставались закрытыми.

– Проснись, тебе говорят!

Молодой самурай копьем подцепил ноги Хиёси, и он мгновенно проснулся.

– Ты что? – удивился Хиёси.

– А ты? Спишь среди бела дня у всех на виду.

– Кто это спит?

– Ты, конечно. Или скажешь, что не спал?

– Ну, может, нечаянно задремал.

– Ах ты, ленивый бездельник! Говорят, ты никогда не упражнялся в военном деле.