Эйдзи Ёсикава - Честь самурая

– Пошли!

Токитиро, первым выскочив на улицу, возглавил шествие. Родителей и родственников Нэнэ особенно возмутило то, что веселая ватага друзей, без приглашения явившаяся в дом для совершения обряда омовения, в суматохе забыла о том, за чем пришла, и вывалилась на улицу в обнимку с женихом.

– Бедная, бедная невеста… – Родня жалела Нэнэ, которую гуляки оставили дома.

Оглядевшись по сторонам, ее не нашли. Ведь только что она здесь танцевала! Оказывается, Нэнэ выскользнула через боковую дверь на улицу. Она крикнула мужу, окруженному пьяными друзьями:

– Хорошенько повеселитесь! – и кинула Токитиро собственный кошелек.

Молодые люди из крепости часто наведывались в питейное заведение «Нунокава». Расположенное в старинном квартале Сугагути, оно, говорят, возникло на месте винной лавки, которую держали купцы, поселившиеся здесь задолго до того, как к власти в Овари пришел Сиба, а потом Ода. Старинный дом издали бросался в глаза.

Токитиро был частым гостем здесь. Стоило ему не прийти, и его друзья, и трактирщики чувствовали, что веселью чего-то не хватает. Свадьба Токитиро послужила завсегдатаям поводом для того, чтобы как следует выпить.

– Почтенные гости, добрые хозяева! Извольте поприветствовать нового гостя! Мы привели жениха, равного которому не сыщешь на земле! Догадайтесь, кто он? Самурай по имени Киносита Токитиро! Пейте и веселитесь! Здесь мы и совершим обряд омовения!

Ноги у гуляк заплетались, языки тоже. Едва держался на ногах и Токитиро.

Хозяин переглянулся со слугами, но, сообразив наконец, в чем дело, разразился громким хохотом и с восторгом выслушал историю о том, как жениха похитили в разгар свадьбы.

– Это не обряд омовения, а похищение жениха! – сказал трактирщик.

В ответ грянул смех. Токитиро, которого под руки втащили в трактир, оглядывался, словно прикидывал, в какую сторону бежать, но верные друзья окружили его, громогласно заявив, что он будет их пленником до рассвета. Все потребовали сакэ.

Никто не знает, сколько они выпили. Вскоре песни и танцы смешались в оглушительный шум.

В конце концов все рухнули на пол и тут же заснули: кто широко раскинув руки и ноги, кто подложив ладони под голову. В трактире гулял осенний холодок.

Инутиё внезапно поднял голову и прислушался. Проснулся и Токитиро. Открыл глаза Икэда Сёню. Они тревожно осматривались по сторонам. Их разбудил стук копыт на улице.

– Что это?

– Отряд, и не маленький! – Инутиё хлопнул себя по колену, словно вспомнив о чем-то. – Должно быть, возвращается Такигава Кадзумасу. Его посылали на переговоры с Токугавой Иэясу в Микаву. Верно, он.

– Конечно. Везет из Микавы ответ, заключит ли клан Токугава союз с Одой или будет по-прежнему уповать на Имагаву?

Гуляки один за другим нехотя поднимались, но трое друзей торопливо вышли из «Нунокавы». Они помчались к главным воротам крепости на звук конских копыт и человеческих голосов.

Кадзумасу, после прошлогодней битвы под Окэхадзамой, несколько раз ездил на переговоры в Микаву. Весь Киёсу знал, что Такигаве князь поручил добиться союза Токугавы Иэясу с кланом Ода.

До недавнего времени Микава была слабой провинцией, зависевшей от Имагавы. Овари, которая тоже числилась в отсталых провинциях, нанесла сокрушительной удар могущественным Имагава, поэтому многие князья поверили в то, что среди возможных правителей всей страны первое место занимает теперь князь Ода Нобунага. И воинская мощь, и боевой дух клана Ода окрепли, желанный союз провинций пока скромно именовался содружеством, и сложная игра велась во имя того, чтобы клан Ода получил ведущую роль в новом объединении.

Чем меньше провинция, тем решительней должен быть ее князь. Микаву можно завоевать молниеносным штурмом. После гибели Ёсимото его провинция оказалась на роковом распутье. Подчиняться ли клану Имагава во главе с Удзидзанэ или перейти под покровительство Оды?

Токугава колебались, поскольку имели множество доводов как в пользу так и против союза с Одой. Старшие вассалы держали советы, принимали и отправляли послов на переговоры. А в это время шла война на границе Суруги и Микавы. Не прекращались и частые стычки между окраинными крепостями Микавы и Оды. Никто не мог предположить, как повернется судьба той или иной провинции, когда начнется очередное кровопролитие. Помимо Оды и Токугавы, существовало множество других кланов, которые ожидали начала войны, – Сайто из Мино, Китабатакэ из Исэ, Такэда из Каи и Имагава из Суруги. Ни один из кланов не мог похвастаться решающим преимуществом. Токугава Иэясу не стремился начать войну, а Нобунага прекрасно понимал, что победа над кланом Токугава не стоит крови его воинов. Иными словами, Нобунага не хотел первым вступать в войну, но скрывал истинные устремления, чтобы клан не сочли слабым. Нобунага, зная упорство и долготерпение рода Токугава, ловко играл на этих качествах.