Эйдзи Ёсикава - Честь самурая

– Воистину, мой господин.

– Следует благодарить судьбу за то, что она одарила нас столь мудрым правителем. Думаю, никто из нас не забудет мужество, с которым князь Нобунага сражался в Окэхадзаме.

– Мой господин кажется мне не простым смертным. Он для меня – живое воплощение бога войны, Хатимана.

– Мы и сами не сплоховали, так ведь? Ты состоишь в полку лучников, но в тот памятный день сражался вместе с копьеносцами, верно?

– Да, мой господин.

– Ты участвовал в штурме шатра Имагавы?

– Когда мы взобрались на холм, там творилась такая неразбериха, что нельзя было разобрать, где враг, а где свой. В разгар сражения я услышал победный клич Мори Синскэ, который обезглавил князя Суруги.

– А воин по имени Киносита Токитиро был с вами?

– Так точно, мой господин.

– А Маэда Инутиё?

– Он навлек на себя немилость князя Нобунаги, но получил его разрешение на участие в бою вместе с нами. Я не встречал его с того дня, как мы вернулись из Окэхадзамы, но разве его не восстановили в прежней должности?

– Да. Ты, верно, не знаешь, но он только что сопровождал твоего князя в Киото. Они вернулись в Киёсу, и Инутиё по-прежнему состоит на службе у князя.

– В Киото! Почему мой господин поехал в столицу?

– Сейчас это уже не тайна. Он отправился туда со свитой человек в тридцать или сорок переодетых воинов под видом сельского самурая, совершающего паломничество. Нобунага отсутствовал сорок дней, а его вассалы делали вид, будто он в замке. Не пора ли взглянуть на хризантемы?

Матаэмон послушно, как слуга, следовал за хозяином в сад. Нагоя рассуждал о том, с каким тщанием следует выращивать хризантемы и лелеять их, как детей.

– Я слышал, у тебя есть дочь. Ее зовут Нэнэ, не так ли? Хочу помочь тебе подыскать ей хорошего жениха.

– Благодарю, мой господин! – Матаэмон склонился в глубоком поклоне. Он смутился. Упоминание о дочери напомнило ему о недавнем конфузе.

Нагоя, не обращая внимания на замешательство гостя, продолжил:

– Я знаю кое-кого, кто станет ей превосходным мужем. Положись на меня. Я все устрою.

– Моя семья воистину недостойна такой чести, мой господин.

– Тебе следует посоветоваться с женой. Человек, которого я считаю прекрасным женихом для твоей дочери, – Киносита Токитиро. По-моему, вы с ним хорошо знакомы.

– Да, мой господин, – произнес Матаэмон, мысленно упрекая себя в том, что не скрыл изумления, проявив тем самым неучтивость.

– Подумай.

– Да… Конечно… – Матаэмон раскланялся с хозяином усадьбы.

Ему не терпелось подробнее расспросить о причинах неожиданного сватовства, но он не смел проявить настойчивость перед близким родственником Нобунаги. Дома он обо всем рассказал жене, и она, казалось, огорчилась тем, что он сразу не дал положительного ответа.

– Следовало сразу же согласиться. Воистину добрая новость. Токитиро давно уже ухаживает за Нэнэ, значит, они связаны с предыдущего рождения. Токитиро – смелый человек, коли осмелился обратиться к двоюродному брату князя Нобунаги. Пожалуйста, завтра же отправься к князю Нагое и скажи, что ты согласен.

– Не кажется ли тебе, что прежде надо поговорить с Нэнэ?

– По-моему, она давно уже согласилась.

– Надо бы удостовериться.

– Нэнэ скрытная натура, но уж раз она на что-то решится, так будет стоять на своем.

Жена ушла, а Матаэмон с тревогой думал о будущем. Ему не нравилось, что все решили без него. Он думал, что дочь забыла Токитиро, не смевшего показаться у них в доме, но вдруг юноша вновь овладел мыслями всей семьи.

На следующий день Матаэмон поспешил к князю Нагое.

– Новости весьма неожиданные, – сообщил он жене, вернувшись домой.

Окои, едва взглянув на мужа, сразу же догадалась, что произошло нечто необычное. Он пересказал жене разговор с князем, и свет, озаривший судьбу Нэнэ, радостными улыбками осветил лица супругов.

– Сегодня я осмелился спросить у князя Нагои, почему он взял на себя роль посредника. Сама понимаешь, задавать такой вопрос близкому родственнику князя Нобунаги не так-то просто. Только я завел этот разговор, как он сам объяснил, что с этой просьбой обратился к нему Инутиё.

– Инутиё попросил князя Нагою отдать Нэнэ за Токитиро? – изумилась Окои.

– Разговор состоялся в то время, когда князь ездил в Киото. И кажется, наш господин тоже слышал эту беседу.

– Не может быть!

– Вот я и говорю, что дело необычное. Во время поездки Токитиро и Инутиё, похоже, долгими часами говорили о Нэнэ, причем в присутствии князя.