Уинстон Грэм - Четыре голубки

— Похоже, всех это заботит меньше меня. Я что, более мягкосердечный или просто хочу успокоить совесть?

— Ты — человек добрый, — ответила Демельза. — Но возможно, мы просто смирились. Когда человека приговаривают к смерти, мы принимаем это, как бы это ни было печально. Мы знаем, что этого не изменить. Ты надеялся это изменить, и потому разочарован. Считаешь, что твоя попытка провалилась. А мы не считаем, потому что и не надеялись преуспеть.

Росс плеснул себе бренди.

— Мне всё меньше и меньше нравится собственная роль в этом деле. Всё было сделано неправильно. И мне всё меньше и меньше нравится бороться с французами, командуя ополчением. Если придут французы, ну ладно, мы можем пригодиться. Но если французы не придут, нас скорее всего используют для подавления беспорядков.

— А ты что же, поддерживаешь беспорядки?

Росс нетерпеливо махнул рукой.

— Как я могу ожидать, что ты поймешь, если даже себе отчетливо объяснить не могу? Я сам не могу разобраться в своих взглядах.

— И я тоже иногда, — искренне добавила Демельза.

— А Джордж становится всё более невыносимым с каждой встречей! Около года назад мне казалось, что наша вражда затихает. С каждым годом мы становились старше и чуть терпимей, и я считал, что пока мы друг друга избегаем, наши разногласия уменьшатся.

— А разве проблема не в этом?

— Что?

— Ну, с тех пор как ты ближе познакомился с лордом Данстанвиллем, вам стало труднее друг друга избегать.

Росс допил бренди и налил еще.

— Возможно, впредь я буду реже видеться с Данстанвиллем. Мне определенно этого хочется.

— А мне можно бокал?

Росс поднял взгляд.

— Прости, дорогая. Я думал, ты предпочитаешь портвейн.

— Портвейн — для приемов, — ответила Демельза. — И стоит мне выпить один бокал, как страшно хочется второй. А бренди мне не особо нравится, так что вреда не принесет.

Росс принес бокал и налил бренди.

— Странно, что отказавшись от предложения Бассета выдвигаться от Труро, я стал видеть Джорджа, и весьма самонадеянного Джорджа, чаще, чем когда бы то ни было. Наверное, — саркастически добавил он, — мне следовало стать членом парламента, чтобы видеть его реже!

Демельза скорчила рожицу.

— А разве в этом случае твои взгляды не стали бы более запутанными?

Росс взглянул на нее немного озадаченно из-за того, что она приняла сарказм всерьез.

— А раньше ты говорила, что из меня вышел бы плохой парламентарий.

— Я не говорила — плохой. Слишком беспокойный.

— Что ж, я и сейчас беспокойный, и приходится с этим жить. И тебе тоже приходится.

— Не рви себя на части, Росс. Ты не сможешь переделать мир.

— Скажи это своему брату, который считает, что всех нас спасет.

Она задумчиво сделала еще глоток.

— Но все же он не беспокоится. Это разница в характерах. Похоже, он мало в чем сомневается.

— Лучше бы он не решил спасти егеря Джорджа, устроив с ним поединок. Мне пришлось поставить на результат сто гиней.

— Боже ты мой! Как так вышло?

Росс рассказал.

— Сэм уж точно пытается спасти не Тома Харри, — сказала Демельза.

— Да, я тоже так думаю. Ты когда-нибудь видела Сэма на ринге?

— Нет, он был еще слишком мал, когда я ушла из дома. Одиннадцать или двенадцать лет. Но надеюсь, что он победит, хотя бы для того, чтобы спасти наши деньги!

— Надеюсь, он победит, чтобы позлить Джорджа. И в любом случае Том Харри — задира и тупица. Похоже, Сэму не пришло в голову, что ему следует подготовиться, и я предложил ему свои услуги на ближайшие дни.

— Росс! Ты не можешь!

— Почему это?

— Когда ты в последний раз дрался?

— Тебе следует помнить. Когда выкинул твоего отца через это окно несколько лет назад.

— Несколько лет назад! Тринадцать лет! Это невозможно, любимый, ты искалечишься!

Росс почти что улыбался.

— А о том, что может искалечиться Сэм, ты не подумала.

— Что ж, он почти что мальчишка! И он не значит для меня так много. Нет, ты не должен. Обещай, что не будешь!

— Не могу, потому что обещал ему.

Демельза прошла по комнате и налила себе вторую порцию нелюбимого напитка.

— Боже ты мой, даже не знаю, что с тобой поделать — вечно ты впутываешься в неприятности. Росс, я не пытаюсь с тобой нянчиться, ты крепкий человек и не набрал лишнего веса, но прошу тебя, подумай о том, что когда ты дрался с моим отцом, тебе было примерно столько же лет, сколько сейчас Сэму, и теперь ты уже не юноша.

— Мне примерно столько же лет, как было твоему отцу, когда он дрался со мной, а его оказалось не так-то легко побороть. Я как раз подходящий противник для Сэма.