Уинстон Грэм - Четыре голубки

Все уже прилично выпили, и Росс неохотно позволил убедить себя сесть на покинутое дамой место и выпить бокал бренди. Его представили всем присутствующим. Это были люди из центральной части страны, и лишь через несколько минут он понял, что это встреча членов парламента, которых контролирует Бассет: Томас Уоллас и Уильям Микс от Пенрина, Мэтью Монтагу и достопочтенный Роберт Стюарт от Трегони, Джордж от Труро. Всё встало на свои места, когда Бассет объяснил, что Питт распустил парламент и в сентябре предстоят выборы.

Джордж холодно кивнул Россу и больше не смотрел в его сторону, как и Росс на Джорджа, но разговор на парламентские темы продолжился, невзирая на появление Росса. Похоже, кто-то всеми силами пытался свалить Питта, и после многолетней службы тот хотел получить подтверждение своей власти и политики путем уверенной победы на выборах. Хотя многие виги отреклись от Фокса и поддерживали правительство, как, например, Бассет, имелась существенная оппозиция и усталость от войны, и потому положение Питта было сложным. Многие в стране действительно считали, что войну невозможно выиграть, учитывая, что половина армии в любой момент готова взбунтоваться, страна на грани голода, казна пуста, а вся Европа ополчилась против Англии. На всё это Питт отвечал: «Я не боюсь за Англию. Мы можем выстоять и до Судного дня». Но выглядел он усталым седым человеком.

— А что по поводу закона о помощи бедным? — спросил Росс. — Как он продвигается?

Бассет озадаченно посмотрел на него, словно не мог припомнить, а Джордж едва заметно улыбнулся.

— Вы о...

— О пенсионном фонде для стариков, займах для прихожан на покупку коровы, ремесленных школах...

— А-а-а... С ним покончено. Его отозвали, чтобы внести поправки, и вряд ли представят снова. Он наткнулся на сильное противостояние.

— С чьей стороны?

— О, всех облеченных властью людей, я полагаю. В особенности судей. Цели у закона были благие, но исполнение хромает, он бы погубил моральные устои общества. Против него возражал мистер Джереми Бентам, как и многие другие, знакомые с судебной практикой.

— Возможно, они недостаточно знакомы с состраданием.

Бассет поднял бровь.

— Не думаю, что сострадание или его отсутствие было основной причиной возражений. Но в любом случае финансовый кризис этого года сделал закон невыполнимым. Налоги и сборы и без того уже достаточно высоки. Сейчас главная цель — выиграть войну.

Росс поставил пустой бокал на засыпанный крошками стол.

— Я думал, что лучший способ помочь выиграть войну — это предотвратить недовольство дома.

— У нас есть способы предотвратить недовольство дома, — вставил Джордж.

Вскоре после этого обед закончился, и они вышли на террасу. Леди Бассет и другие дамы так и не появились. Росс извинился бы и уехал, если бы не стало очевидным, что остальные гости собираются сделать то же самое. Джордж довольно экспансивно для себя заговорил о спектаклях, которые смотрел в Лондоне, о пьесе «Мистер Кембл и миссис Джордан», о частных театрах Вестминстера и любительских постановках. Всё это, как подозревал Росс, предназначалось для его ушей. Прощаясь, Джордж сказал ему:

— Кстати, Росс, я тут узнал, что твой шурин участвует в состязании борцов против моего егеря.

Росс продолжал смотреть на зелень парка.

— Да, я знаю.

— Как неосторожно с его стороны, это еще мягко сказано. Том Харри — чемпион и завоевал множество призов.

— По его брюху можно заключить, что его лучшие дни давно миновали.

— Не думаю, что твой шурин будет такого же мнения.

— Посмотрим.

Это разговор привлек внимание остальных, и Росс объяснил, что на следующей неделе состоится местная ярмарка, и Сэм Карн, шахтер и шурин Росса (как указал мистер Уорлегган) дерется с Томом Харри, егерем, победитель будет признан по результатам трех раундов. Четверым парламентариям не из Корнуолла пришлось разъяснить правила и традиции соревнований. Уоллас заявил, что видел нечто подобное в Лондоне, пришлось убедить его в том, что это не так.

В разгар беседы Джордж сказал Россу:

— Так ты что же, думаешь, будто твой шурин-методист имеет шанс на победу?

Росс посмотрел на него.

— Надеюсь. Пришло время проучить твоего егеря.

— Наверное, ты даже поставишь деньги на победителя.

— Того самого, которого ты считаешь таким слабым?

— Если ты думаешь по-другому, то подкрепи свою точку зрения несколькими гинеями.

Все остальные внимательно прислушивались, не то в шутку, не то всерьез, но осознавая, какой оборот принимает разговор. Данстанвилль достал понюшку табака и нахмурился.