Алан Савадж - Османец

После того как с арены действий ушёл Барбаросса, весь мир решил, что турки больше не представляют серьёзной опасности. Следующей весной Гарри и Драгут вышли из Алжира, под их командованием было пятьдесят галер. Через два дня они уже были в районе солёных озёр и прокладывали путь по узкому каналу. Это случилось раньше, чем тунисцы под командованием испанских офицеров, не отличавшиеся расторопностью, поняли, что происходит.

Защитный форт едва ли успел сделать выстрел, прежде чем был опрокинут снарядами моряков Драгута. В городе заревели трубы, забили барабаны. Люди Мулай-Хасана ринулись к крепостным стенам.

Турецкие галеры везли солдат и всё необходимое для осады крепостных стен. Гарри загрузил даже подразделение сипахов и лошадей. Выполняя приказ Гарри, сипахи высадились на берег и приступили к действиям. Драгут выстроил корабли в солёных озёрах и начал бомбардировку стен. Гарнизон ответил отчаянным огнём, но у них не было той точности стрельбы, которой отличались турки.

Гарри отправил отряд сипахов в город, чтобы отрезать его от тыла, и предложил Мулай-Хасану сдаться. Дей отказался.

Гарри приказал копать траншеи у стен, чтобы можно было начать осаду и устанавливать мины. Артиллеристы заняли позиции на берегу. Осада шла строго по плану, и у Гарри не было сомнений, что Тунис падёт через месяц... до того утра, когда Драгут внезапно разбудил его.

— Что стряслось? — недоумевая спросил Гарри.

— Нас застигли врасплох, — сказал Драгут: на его лице было написано отчаяние.

Гарри выскочил из шатра и глянул на бухту. Турецкий флот был на месте, но у входа в канал стоял другой флот под красными с золотом испанскими флагами; наряду с обычными галерами там были и океанские. Гарри подсчитал, что их около девяноста, приблизительно вдвое больше, чем у турок. Они взяли под контроль узкий пролив, через который турки могли выйти.

— Ни одно судно не охраняло выход в море? — грозно спросил Гарри.

— Дозорные суда были, Хоук-паша, но, наверное, их обманули.

Ситуация изменилась коренным образом: турки оказались в осаде между городом и испанскими галерами. Драгут собрал всех капитанов.

— Делать нечего, — сказал один из них. — Мы распустим людей, сожжём галеры и отправимся в Алжир.

— Несколько сотен миль по пустыне?

— Если мы останемся здесь, начнётся голод. Мы не сможем сражаться с такой силой.

Драгут пощипал бороду и взглянул на Хоквуда.

— Другого выхода нет, Хоук-паша, — пробормотал он.

Гарри посмотрел на него и перевёл взгляд на испанцев. Итак, его вновь разбили, его Вновь обманули эти испанцы. Он должен ползти по пустыне, спасаясь от них, как побитая собака. Внезапно ему на глаза навернулись слёзы, слёзы гнева и отчаяния. Проход был очень узким. Песчаные берега солёных озёр поднимались на несколько футов выше уровня моря, их ширина не превышала нескольких ярдов. Были бы здесь приливы, которые он видел у французских и английских берегов, он мог бы отправить флот на высокой воде и таким образом спастись. Но приливов здесь не было и поэтому... Он нахмурился, изучая песчаный берег.

— Будут приказания, Хоук-паша? — спросил Драгут.

— Завтра утром мы вступим в бой с испанцами, — ответил Гарри.

Капитаны в тревоге переглянулись, думая, что их командир сошёл с ума...

— Мы с трудом сумеем выйти из пролива даже по одному, Хоук-паша, — запротестовал Драгут. — Они утопят нас.

— Ты когда-нибудь слышал о захвате Константинополя? — спросил Гарри.

— Каждый турецкий воин знает об этом, Хоук-паша.

— Тогда вспомни, каким образом турецкие галеры были выведены в Золотой Рог.

— Во имя Аллаха! — вскрикнул Драгут. — Их перенесли по суше.

— Эта был план моего деда, — сказал Гарри.

— Он построил деревянный настил и смазал его жиром, — сказал один из капитанов. — У нас нет ни дерева, ни жира. К тому же византийцы не могли помешать твоему деду, потому что их было мало. А сейчас испанцы не только наблюдают за каждым нашим шагом, но и превосходят нас по численности.

— Действительно, мы не сможем построить деревянный настил, — согласился Гарри. — Но нам по силам вырыть канал, по которому мы выведем суда в море.

Капитаны задумались.

— Это возможно, — согласился Драгут.

— Все увидят, что мы делаем, — отметил пессимистически настроенный капитан, — и заблокируют, дорогу.

— В таком случае мы должны всё закончить до того, как испанцы заметят, что мы делаем, — решил Гарри. — У нас семь тысяч галерных рабов, пять тысяч матросов и четыре тысячи сипахов. Драгут, ты должен найти место для канала, люди приступят к работе в сумерках. Мы должны прорыть канал за ночь.