Франсуа Бедарида - Черчилль

И все же, несмотря на эти слова, Черчилль вплоть до последних дней войны прилагал всевозможные усилия для того, чтобы остановить победоносный марш Красной армии. 1 апреля 1945 года Черчилль писал Рузвельту: «Русские армии, несомненно, захватят всю Австрию и войдут в Вену. Если они захватят также Берлин, то не создастся ли у них слишком преувеличенное представление о том, будто они внесли подавляющий вклад в нашу общую победу, и не может ли это привести их к такому умонастроению, которое вызовет серьезные и весьма значительные трудности в будущем? Поэтому я считаю, что с политической точки зрения нам следует продвигаться в Германии как можно дальше на восток и в том случае, если Берлин окажется в пределах досягаемости, мы, несомненно, должны его взять».

Однако и этот план Черчилля провалился. Советские войска окружили Берлин и после тяжелых боев взяли столицу Германии, водрузив Знамя Победы над рейхстагом. Через два месяца там, где шли ожесточенные бои, в пригороде столицы разгромленной Германии состоялась Потсдамская конференция, последнее совещание Большой Тройки (17 июля — 2 августа 1945 года).

Как и в ходе предыдущих встреч со Сталиным, Черчилль вновь увидел в нем достойного партнера по сложным и острым переговорам, умело владевшего точной информацией и способного раскрывать самые хитроумные уловки британской дипломатии. Так, в ходе обсуждения темы о нехватке угля и рабочей силы для его добычи в Западной Европе Сталин заметил невзначай, что в СССР сейчас используется труд военнопленных для работы в шахтах, а затем сказал: «400 тысяч немецких солдат сидят у вас в Норвегии, они даже не разоружены, и неизвестно, чего они ждут. Вот вам рабочая сила». Осознав истинный смысл заявления Сталина, Черчилль тут же стал оправдываться: «Я не знал, что они не разоружены. Во всяком случае, наше намерение заключается в том, чтобы разоружить их. Я не знаю точно, каково там положение, но этот вопрос был урегулирован верховной ставкой союзных экспедиционных сил. Во всяком случае, я наведу справки».

Однако Сталин не ограничился своим острым замечанием, а в конце заседания передал Черчиллю меморандум относительно имеющихся в Норвегии неразоруженных германских войск. Черчилль вновь стал оправдываться: «Но я могу дать заверение, что нашим намерением является разоружить эти войска». Ответ Сталина: «Не сомневаюсь» — был, очевидно, произнесен с ироничной интонацией, а потому вызвал смех. Продолжая оправдываться, Черчилль заявил: «Мы не держим их в резерве, чтобы потом выпустить их из рукава. Я тотчас же потребую доклада по этому поводу». Лишь через десять лет, когда Черчилль вновь стал премьер-министром, он признал, что лично отдал распоряжение не разоружать часть немецких войск, а держать их готовыми на случай возможного вооруженного столкновения с СССР в Европе летом 1945 года.

Хотя Потсдамская конференция подвела итоги Второй мировой войны, в дни, когда в последний раз заседала Большая Тройка, уже замаячил призрак новой мировой войны — холодной. Вскоре после успешного испытания первого атомного оружия в Аламогордо (штат Нью-Мексико) президент Гарри Трумэн решил сообщить об этом Сталину.

Маршал Советского Союза Г. К. Жуков так описал этот эпизод: «В момент этой информации... У. Черчилль впился в лицо И. В. Сталина, наблюдая за его реакцией. Но тот ничем не выдал своих чувств, сделав вид, будто ничего особенного не нашел в словах Г. Трумэна. Как Черчилль, так и многие другие англо-американские авторы, считали впоследствии, что, вероятно, И. В. Сталин действительно не понял значения сделанного ему сообщения. На самом деле, вернувшись с заседания, И. В. Сталин в моем присутствии рассказал В. М. Молотову о состоявшемся разговоре с Г. Трумэном. В. М. Молотов тут же сказал: „Цену себе набивают“. И. В. Сталин рассмеялся: „Пусть набивают. Надо будет переговорить с Курчатовым об ускорении нашей работы“».

Между тем создание атомного оружия и применение его в Хиросиме и Нагасаки 6 и 8 августа 1945 года убедили правящие круги США и их английских союзников, что Запад наконец обрел способ «остановить СССР». Уже 9 октября 1945 года комитет начальников штабов США подготовил секретную директиву 1518 «Стратегическая концепция и план использования вооруженных сил США», которая исходила из подготовки нанесения Америкой превентивного атомного удара по СССР. По мере быстрого накопления атомного оружия в США 14 декабря 1945 года была подготовлена новая директива № 432/d комитета начальников штабов, в приложении к которой были указаны 20 основных промышленных центров СССР и трасса Транссибирской магистрали в качестве объектов атомной бомбардировки. Именно эти планы, а не мнимые экспансионистские планы СССР, о которых пишет Бедарида, стали причиной поворота мира в сторону холодной войны. Очевидно, что обвинения Сталиным союзников в вероломстве, которые он не раз высказывал на протяжении войны, были не напрасными.