Луи Жаколио - Сердар

В продолжение пути, пока носильщики тащили их, Барбассон и Барнет не могли обменяться ни одним словом, зато имели достаточно времени, чтобы прийти в себя от потрясения.

С ними, по приказанию Кишнаи, обращались хорошо и поэтому сейчас же принесли рис и курицу, разные фрукты, сладости и малабарские пирожки, свежую воду, пальмовое вино и рисовую водку. Настоящее пиршество!

Начальник тхагов неспроста поступал таким образом. Он хотел подкупить пленников хорошим обращением.

– Ну, Барнет, – сказал Барбассон, когда они остались одни, – как ты находишь наше положение?

– Я нахожу, что идея идти ловить рыбу в озере была превосходная.

– Ты, пожалуй, думаешь, что я причиной всего этого?

– Нет, я только констатирую факт.

– Ты всегда констатируешь, ты… Если ты будешь говорить со мной таким тоном, то, черт меня возьми, выворачивайся тогда сам, как можешь.

– А ты?

– О! Меня не будет здесь завтра утром.

– Слушай, Барбассон! Ты вспыхиваешь как порох. Тебе ничего нельзя сказать, ты сейчас же начинаешь сердиться.

– Нет, я только констатирую.

– Ты сердишься… хватит, Барбассончик!

– Ага! Теперь Барбассончик.

– Что же я тебе сказал, наконец?

– Ладно, не будем говорить об этом, если ты раскаиваешься. Ты знаешь, в чьих руках мы находимся?

– Да, нас похитили проклятые тхаги.

– Догадываешься ли ты, с какими целями?

– Это ясно, они хотят выдать нас англичанам.

– Нас? Отсутствием тщеславия ты, как янки, не страдаешь.

– Но миллион…

– Предложен за поимку Сердара и Наны Сахиба. Что касается нас, мой бедный Боб, то англичане не дадут и тридцати пяти су за нашу шкуру.

– Ты прав, быть может.

– Тут нет «быть может»… я прав.

– Зачем же они взяли нас, а не их?

– Но, прусская твоя голова…

– Благодарю.

– Не за что, я хотел сказать, глупая голова… Так вот, Боб. Все очень просто. Во-первых, двумя защитниками в Нухурмуре будет меньше, и, во-вторых, этот негодяй Кишная хочет узнать, каким образом туда попадают. Вот тебе и все хитрости.

– Должен признаться, ты умнее меня и…

– Тс! Идут! Если это Кишная, то ты, ради Бога, молчи, дай мне самому прощупать его хорошенько. Ты ведь натворишь одних только глупостей. Если будешь слушать меня, мы сегодня ночью удерем отсюда.

Он не успел больше прибавить ни слова. В подземелье показался индиец, которого в мерцающем свете коптившей лампы они не сразу узнали. Это был Кишная.

– Привет вам, господа иностранцы, – сказал он слащавым голосом, приближаясь к ним.

– Господа! Господа! – пробормотал про себя Барнет. – Болтай, лицемер! Не знаю, что удерживает меня, чтобы не раздавить тебя, как клопа.

– Что говорит твой друг? – спросил индиец Барбассона.

– Он говорит: да пошлет Небо долгие дни, наполненные миром и благоденствием, сыну твоего отца.

– Да низведет это Кали и на вашу голову, – отвечал Кишная. – Догадываются ли господа иностранцы, зачем я пригласил их посетить меня здесь?

– Пригласил… пригласил! – проворчал Барнет, не желая принять это слово.

– Твой друг опять сказал что-то? – спросил тхаг.

– Он говорит, что давно хотел познакомиться с тобою.

– Мы виделись уже на Цейлоне.

– Да, но не так близко… Однако он сохранил воспоминание о тебе.

Барнет задыхался от ярости, но он обещал молчать, а поэтому сдерживал себя, сказав и без того уже много.

– Раз вы так настроены, мы, значит, договоримся с вами. Я попрошу немного. Я хотел бы лишь посетить Нану Сахиба в Нухурмуре, а так как принц меня не знает, мне пришла счастливая мысль, что вы проведете меня к нему.

– Ты не мог придумать лучше, мы – его друзья, – отвечал в тон ему провансалец. – Хочешь, чтобы мы представили тебя Сердару?

– Сердара нет в Нухурмуре, он уехал на Цейлон.

– А, ты знаешь…

– Да, я знаю, что он отправился с приветствием к сэру Уильяму Брауну. Я сегодня же ночью дам знать ему об этом через своего курьера, который на шесть часов опередит Сердара, чтобы его превосходительство успел приготовить достойный прием. Я так заинтересовался этим, что приказал своему зятю, Рам-Чаудору, сопровождать Сердара.

«О, негодяй!» – подумали Барнет и Барбассон, понявшие ужасный смысл, скрывающийся под этой холодной насмешкой.

– Сердар погиб! – прошептал Барнет с горечью.

– Пока еще нет, – сказал ему Барбассон. – Сердара не так просто убить.

– Что вы там говорите? – спросил Кишная.

– Мы советуемся с моим другом, можем ли мы взять на себя честь представить тебя Нане.