Александр Волков - Два брата

Ямщики чертыхались, остервенело хлестали измученных коней.

– Все ничего, братцы, кабы не камни, – ворчали обозники. – И какой черт выдумал их возить?!

– Но-но! – обрывал недовольных староста Антон. – Царский указ – святое дело!

Со времени основания Петербурга каждый приезжающий обязан был сдать у заставы нового города несколько камней для мостовой. От этой повинности не освобождался ни простолюдин, ни вельможа. В низменных, болотистых окрестностях Петербурга не было камня – булыжник приходилось везти издалека. Этот добавочный груз особенно озлоблял ямщиков.

Стали подъезжать к Петербургу. Все те же болота, те же леса вокруг, впереди – никаких признаков большого города. Только длинная просека, по которой тянулся обоз, стала многолюдней.

– Приехали, Егор Константиныч! – сказал Антон.

– Где же город? – удивился Марков.

– Вот он. – Ямщик обвел рукой обширное пространство впереди себя.

В разных местах поднимались дымки топившихся печей: было утро, и хозяйки стряпали так же, как они стряпали раньше в Москве, в Туле, в Орле, в Перми – во всех многочисленных местностях Российского государства, откуда согнал их и перебросил на далекую Балтику царский указ.

У дороги стояла большая бревенчатая изба. Проезд был загорожен жердью, положенной на козлы. Из избы вышли заставные сторожа и начали проверять подорожные грамоты. Из рощ доносились стук топоров и дружное уханье: это плотники строили хоромы для вельмож и дома для простых людей.

«Много, ох много работы впереди!..» – вспомнил Егор слова царя.

Наконец обоз остановился у невысокого вала, по верху которого шел прочный деревянный палисад. За палисадом виднелись высокие сараи. Через открытые ворота въезжали возы с поклажей. У ворот, около будки, стоял солдат в тулупе и с мушкетом.

– Это Адмиралтейство. Здесь корабли строятся, – объяснил Егору староста. – И всякие товары складываются. Здесь нашему обозу остановка. А вас куда прикажете доставить?

Марков задумался.

– Придется первым делом во дворец, – сказал он, – к государю Петру Алексеевичу явиться. А там уж, как он укажет.

Антон влез в телегу, подстегнул лошадь, обогнул Адмиралтейство и выехал на набережную.

– Вот и Нева!.. – объяснил Антон.

Огромная река величаво катила среди низких берегов мутные весенние воды. На просторе Невы белели паруса. Богатая галера с дюжиной гребцов везла важного вельможу. Галера промелькнула и скрылась, К берегу пристал ялик. Из лодки выскочили два чиновника со свертками бумаг под мышкой и побежали в Адмиралтейство.

Телега остановилась у небольшой пристани.

– Тпр-рру! – закричал Антон. – Слезайте! Здесь лодку наймете. Царский дворец за рекой.

У царя было так много дела, что он смог принять Егора Маркова только на следующий день вечером. Домик Петра внутри оказался так же прост, как снаружи. В нем было две комнаты и кухня.

Стены были обиты беленым холстом, косяки дверные и оконные расписаны букетами ярких цветов. Почти всю мебель – шкафы, стулья, скамейки – сделал царь. Петр гордился тем, что сам обставил свое жилье.

Марков робко вошел в комнату. Большой дубовый стол был завален книгами и бумагами. Под рукой у Петра лежала подзорная труба; через нее он высматривал корабли на Неве. По стенам кабинета висели географические карты, картины. Царь вычерчивал план крепости, напевая сквозь стиснутые зубы военный марш.

Егор переступил порог. Петр обернулся. Марков упал на колени.

– Встань! Не люблю этого!

– Прибыл по указу вашего величества.

– Добро! А станок свой привез?

– Привез, ваше величество. Только бы определиться поскорее к делу!

– Без работы руки чешутся? Молодец! – Царь сразу повеселел. – Будет тебе дело, Егор! Есть у меня замысел – соорудить такой станочек, чтобы и точить был годен, и сверлить, и его же на винторезное дело можно было бы повернуть. Сумеешь сделать такую универсалию [71]для нашей мастерской?

У Егора разгорелись глаза:

– Сделаю! Любой станок сделаю, ежели время будет работу обдумать!

– Время я тебе дам, только не слишком тяни: нам мешкать некогда. Кормовые получил?

– Нет еще, ваше величество.

– Прикажу, чтоб выдали. Один приехал?

– С матушкой.

– Ну, тогда жить будете на казенном дворе для приезжающих. А потом придумаем что-нибудь получше.

Егор радостно заторопился к матери.

Маркову временно пришлось работать в уголке одной из мастерских при Адмиралтействе. Сутолока и шум кораблестроительной верфи ему не мешали. Со всем пылом страсти Егор взялся за любимое дело. Недели две он обдумывал устройство нового станка. Закончив чертежи, Марков рассказал кузнецам, какие ему нужны поковки, а для более сложных сделал деревянные модели.