Райдо Витич - Противостояние

— Здравствуйте, мне бы штаб батальона.

Светленькая, красивая улыбчивая девушка показала рукой куда-то вверх, в сторону избы меж березками, а вторая девушка, построже и постарше, словно кол проглотила — лицом вытянулась, пятнами пошла, во все глаза, глядя на Лену.

Та волосы поправила, думая, что во внешности не так что-то. И одернула себя — к черту! Она воевать прибыла, а не вальсы танцевать!

— Спасибо, — сказала улыбчивой, и пошла к указанному дому.

Мила открыв рот провожала ее взглядом.

— Ты чего? — пихнула ту Света. — Она не связистка, точно говорю. Не тебе замена. Да и забыл майор твой об угрозе. Температура у него, мает, как черта от ладана. Говорила ему, в госпиталь надо!

Осипова не слышала — она на фигурку удаляющейся женщины смотрела и готова была ринуться за ней, путь преградить, лечь поперек, а к Коле не пустить.

Но может поблазнилось?

Лицо оттерла от испарины, выступившей от волнения.

— Да что ты, Мила? Заболела? — забеспокоилась подруга.

— Нет, — прохрипела та, разворачиваясь: ощущение было — погибель ее встретилась. Дальше зашагала, а нет, нет, обернется. — Похожа она на одну, которой здесь делать нечего.

— Это на кого? — обернулась и Света.

— На мертвую!

— Ну, уж. Не красавица, что говорить. Шрамы у нее видела? На лице — ужас. И на руке, прямо по середине, как клякса, — сморщила носик. — Кому нужна такая?

— Будем думать, что никому, — опять обернулась Осипова.

— Перестань, — отмахнулась Мятникова. — Коля твой точно на нее не глянет, не тот фасон у мадам. Да хватит тебе, — одернула оборачивающуюся. — Смотришь, как на смерть свою!

"Может так и есть", — подумалось.

На крыльце указанной избы сидел лопоухий, чубатый лейтенант, Лениного возраста, и курил. Они молча уставились друг на друга.

— Ну? — бросил лениво.

"Гну!" — чуть не ответила девушка.

— Майор нужен.

— Зачем?

"За спросом!"

— Я к вам вместо Синицина направлена.

— Вместо Кирилла? Тю! — прищурил наглый глаз.

— Факт, — губы поджала.

— Документы покажь.

— Майору!

— От ты блин! — то ли восхитился, то ли рассердился. — Не до тебя майору, понятно?

— Нет.

— Ранен он!

— Мне ждать, пока вылечится?

Парень насупился, выпрямился медленно, видимо решив произвести неизгладимое впечатление своим ростом на новоприбывшую. Но та смотрела на него исподлобья, как на клоуна, и с трудом улыбку сдерживала. Встречала она таких, в отряде полно было. Мальчишки! Надуются как мыльные пузыри, а ткни и сдулся — нормальным стал.

— Короче так, лейтенант, — сунул руки в карманы парень, растопырившись так, что стало ясно — в избу только через его труп можно будет попасть. — Ножки в ручки и топаем на опушку к разведчикам. Там и дислоцируемся, и зубатим, и права качаем, и глазки строим.

— Поняла, — в той же интонации ответила Лена и пошла. Миша проводил его обалделым взглядом:

— Ну, дает, разведка. О, сейчас братва рада будет, держите меня семеро. Бабу в командиры! Тьфу! Голову бы оторвать, кто услужил.

Она чувствовала себя не просто неуютно — жутко неудобно, и мечтала лишь об одном, не краснеть под взглядами солдат. Их было слишком много и каждый ее взглядом провожал, оглядывал, как голодный.

— Товарищ лейтенант! — подбежал щупленький с наглым взглядом. — А вы к кому?

— Развед отделение.

— Ну?! А че не к нам, красивая?! — ощерился.

— Отставить! — процедила, остановившись на минуту. Разозлилась мигом. — Кругом, шагом марш!

Мужчина вытянулся, глянув на нее с презрительным прищуром, развернулся и к своим бойцам пошел, а Лена дальше двинулась, понятия не имя когда куда-нибудь придет. В спину гогот раздался.

У нее было ощущение, что она попала в какой-то бардак, цирк, причем то ли она клоун, то ли все вокруг — неясно было.

— Лейтенант? — услышала, обернулась. К ней молодой мужчина подошел, отдал под козырек:

— Лейтенант Гаргадзе, Отар.

— Лейтенант Санина. В чем дело?

— Ни в чем, — улыбнулся. — Имя можно, или секрет?

— Лена.

— Приятно, — склонил голову, прижав ладони к груди. — Кого-то ищите?

— Развед отделение.

— Вместо Синицина? — сообразил мужчина. — Пойдемте, покажу.

Перепрыгнул колею и руку подал, помогая девушке перебраться. Повел к краю рощи:

— Вы разведчица, да?

— Да.

— Страшно, наверное? Тяжело женщине на войне.

— Вам легко?

— Мне? Нет.

— Тогда о чем речь?

— Ух, как строго, — заулыбался. — Вы всегда такая?

— Какая?

— Сердитая.

— Нормальная.