Эптон Синклер - Агент президента

Де Брюины были близки к программе Кагуляров, своего рода французского Ку-клукс-клана. Благороднейшие и лучшие имена страны были в списках этой организации. Оружие поставлялось контрабандой из-за рубежа, так как Блюм сумел национализировать военную промышленность, и уже не так легко было получить оружие с французских заводов. Хранилища оружия были устроены в стратегических точках по всей стране. Офицеры армии и в особенности ВВС были наготове, и день выступления будет объявлен. Третья республика будет выброшена на свалку истории, подлые политики будут заключены в тюрьму, а комитет ответственных лиц восстановит порядок, стабилизирует франк и вернёт процветание la patrie . Дени назвал имена Петена, Вейгана, Дарлана, Шиаппа, Дорио, тех же самых людей, которых перечислил Джесс Блэклесс.

Несколько лет назад Ланни сказал бы, что его старые друзья сошли с ума. Но он видел, как пришел Гитлер, и после Гитлера все возможно и даже вероятно. И теперь он спросил: "Что будет делать Гитлер, пока Вы выполните эту программу?"

"Это займет всего несколько дней", — ответил нетерпеливый Шарло, который говорил больше, чем должен, видя, что он был самым младшим. — "Не больше, чем потребовалось Гитлеру, чтобы вернуться в Рейнскую зону".

Père de famille добавил: "У нас есть очень весомые гарантии, что Гитлер не будет возражать против нашей программы. Почему он должен? Он много раз говорил, что у него нет разногласий с Францией, кроме российского альянса, который ставит нас на антинацистскую сторону. А также всякого зла, поразившего нашу внутреннюю жизнь. Мы или коммунисты, и решение нельзя больше откладывать. Еще одна серия забастовок, и ситуация выйдет из под контроля. Красные захватят наши заводы и повторят все, что они делали в России".

"Как скоро бетон в вашем доте затвердеет?" — спросил Ланни молодого инженера. Он задал вопрос шутливо, но ответ был дан без улыбки: "Его залили три недели назад так, что времени было достаточно для обеспечения безопасности".

"Барон Шнейдер завтра обедает с нами", — сказал Дени. — "Вы знаете его?"

"Он был в моем доме, когда я был мальчишкой", — ответил Ланни, — "но я не думаю, что он помнит меня. Он, конечно, знает моего отца".

Это был Шнейдер из Шнейдер-Крезо, известного во всем мире. Как только Захаров ушел на покой, Шнейдер принял титул оружейного короля Франции. Но он не удовлетворился этим высоким рангом и стремился стать императором. По-видимому, так всегда бывает. Когда есть много всего, то зачем останавливаться? Преимущества крупномасштабного управления настолько очевидны. И нельзя позволить кому-то получить прибыль, которая могла быть вашей. Барон Шнейдер из Шнейдер-Крезо приближался к своему концу, но у него руки чесались, как у Захарова, и он не мог удержаться от инстинкта хватания и продолжал цепляться за власть.

"Я думаю, что он хочет убедить меня принять активное участие в своём CSAR", — отметил Дени.

"Несомненно, он нуждается в вашей моральной поддержке", — тактично отреагировал Ланни и добавил: "Он, вероятно, не захочет моего присутствия".

— Я скажу ему, что вам можно доверять. Вы, конечно, понимаете весьма конфиденциальный характер того, что мы обсуждаем.

"Cela va sans dire", — ответил американец. Он имел отвращение ко лжи, и никогда не лгал, если это абсолютно не вызывалось необходимостью. Отвлекая внимание, он быстро добавил: "Я полагаю, что можно всё рассказать Робби".

"Конечно", — поддакнул Дени. — "Робби придется делать что-то в этом роде и в самом скором времени".

Для Ланни было естественно пожелать узнать все о великом человеке, с которым он должен был встретиться. Поэтому он задавал вопросы о бароне Шарле Проспере Эжене Шнейдере, который имел немецкую фамилию, но принадлежал к семье, которая занималась производством оружия во Франции в течение около ста лет. "Совсем, как Бэдды", — заметил американец. — "Наша семья потеряла свое семейное производство, и я полагаю, что барон чувствует, что он потерял своё". Это была ссылка на недавнюю процедуру национализации.

— У него больше заводов за пределами Франции, чем в ней самой, так что ему не грозит опасность голода.

— Сколько, как вы думаете?

"Их должно быть более трехсот. Он создал колоссальный холдинг, Европейский промышленный и финансовый союз" — сам Дени сформировал такую же компанию, хотя в гораздо меньших масштабах. Он продолжал воспевать картели, как их называли, "вертикальный трест" величайшее из всех социальных изобретений, по мнению француза. Это учреждение, которое будет существовать из поколения в поколение и даст обществу преимущества массового производства без каких-либо рисков, связанных с системой наследования. — "Менеджеры всегда будут компетентными техническими специалистами, так что не имеет значения, понимают ли владельцы что-нибудь в бизнесе или нет. Владельцы могут сидеть в стороне и напиваться, если захотят".