Иван Басаргин - В горах Тигровых

Аниска начал показывать, как кабаны роют землю, съедают кукурузу, чавкают, но незнакомец вдруг заговорил на маньчжурском диалекте.

— Вы пришли сюда друзьями, я это вижу. Когда к нам приходят чужаки, они не улыбаются: грабят, убивают, забирают жен, детей! Они приходят сюда тайком, как рыси, мы не всегда успеваем убежать от них. Они увели мою сестру, я хотел найти и выкупить. Но не нашел. У вас тоже есть плохие люди. Когда они пришли сюда на большой лодке, мы пошли к ним, чтобы попросить защиты от грабителей, ведь у них ружья, большие ружья, они могли бы нас защитить, но ваши люди прогнали нас.

— Они больше не будут прогонять. К ним приплывал большой начальник, сильно ругал, — успокоил Аниска — Как тебя звать?

— Олекси Тинфур.

— Значит, Алексей Тинфур.

— Можно и так. Алексей даже лучше. Вы сделали хорошо, что убили куты-мафа. Она унесла у меня дочь, она много людей убила. Мы будем с вами дружить.

— О чем вы там? — нетерпеливо спросил Андрей,

— Да вот говорит, что дружить надо, друг друга защищать.

Три человека стояли на галечной косе, кони отошли пощипать травы. Было солнечно. Сбоку лопотала речка Аввакумовка. Если бы эти трое прислушались к. ее голосу, смогли понять друг друга, то, наверное, и речка смогла бы что-то рассказать. Прислушайтесь, голос ее не столь монотонен, как кажется. То она понизила голос свой до шепота, то вдруг заклокотала, забурлила, гневаясь…

Тинфур, это дитя природы, кажется, понимал голоса тайги. Он кивнул на речку и сказал:

— Она как люди, могу сердись, могу смеяться, — сам не замечая того, что вставил в свою речь несколько русских слов.

— Э, дружба, так ты по-нашенски говоришь, — посветлел Андрей.

— Я хорошо говори по-вашенски, — улыбнулся Тинфур — Здесь живи много-много лет русский. Он был совсем хороший человек. Иван был моим отцом. Он взял меня к себе совсем маленьким. Мы с ним много говорили, и говорили на его языке. Иван Русский, он так назвал себя, также хорошо знал язык моих предков. Он прожил бы у нас еще дольше, если бы…

— Погоди, погоди, паря, ты говори по порядку. Значит, сюда забредал русский?

— Да. Он был сильный. Ивана любили все наши люди. Но Ивана не любил наш шаман. Иван был сильнее шамана. Когда наш человек болел, то Иван его лечил лучше, чем шаман, — торопливо говорил Тинфур, путая русский язык с удэгейским, маньчжурским. Но понять было можно.

— Да не торопись ты, — остановил Аниска, — вспомни, как говорил Иван, так же и говори, чтобыть понял тебя и Андрей. Значит, Иван заболел и умер?

— Нет, его убил шаман.

— За что? — спросил Андрей.

— Болела дочь Бельды, шаман сказал, что он ее вылечит. Но Бельды не послушал шамана и привез дочь к Ивану. Иван все сделал, чтобы вылечить девочку, поил травами, медвежьим жиром, но она сгорела от жара. Умерла. Шаман долго камлал, потом сказал, — теперь уже ровно говорил Алексей, — что русский убил дочь Бельды, мол, такое ему дух гор сказал, дух гор еще сказал, чтобы Бельды взял большой лук, из которого он убивает медведей, смазал бы стрелу ядом и пустил бы ее в Ивана. Если Иван большой шаман, то стрела пройдет мимо, если он обманщик, то стрела его убьет. Бельды пустил стрелу, стрела не прошла мимо, она убила Ивана.

Речка вдруг загремела, забуянила. Алексей кивнул на речку, сказал:

— Речка тоже сердится, в ней душа Ивана. Потому что речка нас кормит, поит, она такая же добрая, каким был Иван. Она всегда нам говорит, когда будет большая вода, когда маленькая. Но и я вам скажу, что вы плохо поставили свое стойбище из деревянных чумов. Будет большая вода, вы все пропадете. Там, где стоите вы, всегда бывает вода, большая вода.

— Ты хорошо говоришь по-русски, Алексей. Не забыл еще?

— Не забыл; когда я один, всегда говорю, как говорил Иван, чтобы не забыть его язык, не забыть Ивана.

— Откуда пришел Иван?

— Оттуда, куда солнце спать уходит. Он пришел к нам с большим ружьем. Он хотел дождать на берегу большую лодку и уехать в другую землю. Много лет ждал, я тоже ходил с ним на берег ждать, но большая лодка не пришла. Остался жить у нас. Навсегда остался.

— Рассказывал ли он о себе? Как попал сюда? Почему он хотел уйти в другую землю?

— Он только один раз, сказал, что поругался со своим царем, тот хотел его убить, он бежал сюда. Вот и все. Он шибко был хороший человек, большой человек, бородатый и беловолосый человек. Когда его убили, я долго плакал.

— Пошто же ты не отомстил за отца шаману?

— Шаману нельзя мстить.

— Много ли здесь живет народу?