Уинстон Грэхем - Танец мельника

Толщина обшивки из красного дерева составляла три четверти дюйма. Так сказал Пол, который многое знал о конструкции карет. И лишь эта деревянная преграда отделяла пассажиров от багажного отделения под облучком. Но красное дерево крепкое и твердое, как дуб, и чтобы просверлить дыру, требуется недюжинная сила. Когда бурав сделал свое дело, осталось отверстие диаметром в треть дюйма. Стивен начал бурить второе на шести часах.

Карета замедлила ход перед длинным подъемом у Трерулфута. Рядом с воплями бежали мальчишки-попрошайки. Один попытался прокатиться, с риском для жизни вскочив на ось, но его быстро прогнали. Пол развернул сверток до конца. Там оказались три узкие шестидюймовые ножовки и три деревянные ручки к ним, жестянка с маслом, набор ключей, два стальных лома длиной в фут и отвертка.

Стивен просверлил уже шесть отверстий.

— Давай теперь я, — сказал Пол.

— Погоди.

Когда они приблизились к вершине холма, карета замедлила ход. Обивку быстро вернули на место, как и подушки на сиденья, а инструменты сложили под ними. Карета остановилась, пассажиры с крыши спустились, чтобы облегчить вес. Джереми убрал шторки и выглянул наружу. Миссис Мэй откинулась назад, закрыв глаза. Галантный лейтенант открыл окно и высунул голову.

— Мне тоже пройтись? Мне несложно.

— Спасибо, сэр, не нужно, — отозвался кучер. — Мы справимся, но спасибо за предложение.

До вершины оставалось не больше сотни ярдов, но путь показался бесконечным.

— Я вас потревожил, мэм? — спросил лейтенант Лин. — Вам дует?

— Нет-нет, — ответила миссис Мэй. — На несколько минут это даже приятно.

На вершине находился пункт оплаты. Они остановились, чтобы заплатить. Потом пассажиры, второй кучер и охранник забрались наверх. Со скрипом, лязгом и щелканьем кнута карета снова тронулась, шторки закрыли, а затем подняли и стекла. Сверток тут же развернули, и Стивен взялся за гвоздодер.

— Позволь мне, — попросил Пол.

— Нет, пока нет. Приладь рукоятки к ножовкам и соедини перекладины. Бог ты мой, нас всё время трясет! Этого мы не предусмотрели.

Не предусмотрели они, что карета будет прыгать на ухабах. В некоторых местах она раскачивалась так сильно, что Стивен терял равновесие и чуть не ронял бурав. Иногда бурение отверстия занимало в два раза больше времени.

Джереми посмотрел на часы.

— Сколько ты уже сделал?

— Сейчас девятое.

— Как у нас со временем? — спросил Пол.

— Неплохо. Должны закончить как раз перед Лискердом. Зависит от того, как часто придется прерываться.

— Может, мне уже поработать пилой? — нетерпеливо спросил Пол.

— Конечно же нет. Это на крайний случай. У нас всё равно еще четыре часа до Лостуитиела.

— Я бы предпочел закончить всё до Лискерда.

— Забудь. Займи место Стивена. А я за тобой.

Они поменялись местами. Внутри было тесно, и они постоянно натыкались друг на друга. Стивен смахнул опилки с руки и положил их во внутренний карман мундира.

Джереми смотрел на двух других и как растет число отверстий на «циферблате». Несмотря на внешнее спокойствие, его сердце колотилось так, будто он пробежал милю. Пол тоже был напряжен до предела, но к удивлению Джереми, в точности так же выглядел и Стивен. Риск и криминальная деятельность были для него более привычны, но все же не подобный риск. Он бросался в опасные предприятия под влиянием порыва, обычно в драки. Здесь же было хладнокровное и расчетливое ограбление в раскачивающемся экипаже, совсем рядом с другими людьми, только руку протяни, да еще в присутствии двух кучеров и охранника с карабином. Он выглядел так, будто его вот-вот стошнит.

Хорошо в их плане было одно — пока что всё шло тихо, хотя Джереми и понятия не имел, насколько это близко к брайтонскому ограблению почтовой кареты. Приходилось принимать в расчет не только кучеров, но и пассажиров — время от времени они слышали, как наверху кто-нибудь ерзает или скребет башмаками по крыше, кричит и смеется. Но бурав почти не производил шума. Если понадобится, придется воспользоваться ножовкой, а то и ломом, и это будет куда громче, но даже если и так, то все равно не слишком. Что могут услышать пассажиры или охранник, когда экипаж подпрыгивает и раскачивается на ухабах, лошади цокают копытами и дует ветер?

Когда дорога пошла вниз в Баджс-Шопе, периодически скрипели тормоза, и теперь они ехали по долине. Солнце ярко сияло и согревало воздух, насколько возможно в разгар зимы, по обочинам торчали желтые примулы, дорогу пересекали прозрачные ручейки, на сочных лугах кормились коровы и овцы. Экипаж был островком цивилизации, крадущимся по радостной и не обращающей на него никакого внимания сельской местности. Разве что внутри кареты трое молодых людей в поту пытались совершить преступление, караемое смертью.