Владислав Кардашов - Рокоссовский

Но приказ надо выполнять, и командир 9-го мехкорпуса имевшимися в его распоряжении силами стремился исполнить его. К сожалению, сил этих было недостаточно, чтобы окончательно остановить немецко-фашистские войска, рвавшиеся к Киеву. На протяжении нескольких дней в районе Лупк – Ровно – Дубно – Броды бушевало одно из крупнейших в истории войн танковых сражений, в которое постепенно были втянуты с обеих сторон тысячи танков.

Это были тяжелые дни для корпуса Рокоссовского. Не располагая новейшими боевыми машинами, при слабой артиллерийской поддержке и почти без прикрытия с воздуха, наступали танкисты Рокоссовского и, несмотря ни на что, поначалу на отдельных участках достигли успеха. Особенно удачно сражались части 20-й танковой дивизии, глубоко врезавшиеся в боевые порядки врага.

Танковые корпуса, однако, не смогли нанести врагу сильного удара, который привел бы к срыву его наступление. Противник сначала сумел остановить .наступательный порыв корпуса Рокоссовского и его соседей, а затем стал наносить ответные удары. Перед танкистами Рокоссовского одна за другой появлялись новые немецкие части, потери боевых машин быстро росли, так же как и потери в людях. С воздуха на боевые порядки обрушилась фашистская авиация, для отражения которой зенитной артиллерии корпуса было недостаточно. Несладко приходилось и соседям Рокоссовского: 22-й мехкорпус был отброшен к северо-востоку от Луцка, 19-й мехкорпус оборонялся уже под Ровно.

К вечеру в штаб корпуса Рокоссовского прибыл командир танковой дивизии 22-го мехкорпуса. Пропыленный, с рукой на перевязи, стоял он перед Рокоссовским и голосом, в котором сказывались усталость и апатия, докладывал о положении дел в корпусе:

– Генерал Кондрусев убит. Корпуса нет уже... А немцы прут и прут, их не остановить...

Несколько минут слушал Рокоссовский доклад, он ясно видел, что танкист удручен потерями, гибелью людей и танков, неудачей сражения, но тон доклада вынудил командира 9-го мехкорпуса к резкому разговору:

– Прекратите немедленно разглагольствования о гибели корпуса! Да, я знаю, Кондрусев убит, но в командование корпусом вступил генерал Тамручи, я только что говорил с ним, и двадцать второй продолжает борьбу. Стыдно! Идите и немедленно разыщите своих бойцов, они нуждаются в руководстве и помощи. Помните, что вы солдат и обязаны свой долг исполнять до конца!

9-му механизированному. корпусу тоже приходилось нелегко. Он с трудом выдерживал натиск немецких танковых и пехотных частей. Находясь в расположении 20-й танковой дивизии, Рокоссовский с горечью и гневом наблюдал за движением огромной колонны немецких танков, направлявшейся в сторону Ровно. Он видел эту колонну и почти ничем не мог воспрепятствовать ее движению: в дивизии оставалось слишком мало танков. Единственное, чем еще располагал комкор-9, – это артиллерией, и она использовалась им в боях активно и умело.

Удалось ему организовать достойную встречу врагу и на шоссе Лупк – Ровно. Орудия заранее подготовили для стрельбы прямой наводкой. Немцы, не ожидая засады, двигались большой компактной группой, впереди ехали мотоциклисты, за ними бронемашины и танки.

С наблюдательного пункта колонна врага выглядела очень грозно. Но оттуда так же хорошо было видно, что с ней стало! Артиллеристы открыли огонь с предельно близкой дистанции, и вскоре на шоссе осталась чудовищная груда обломков бронемашин, танков, мотоциклов, тел убитых. Инерция движения колонны предоставляла артиллеристам все новые и новые цели.

Слишком велико было преимущество врага в людях и технике, и части корпуса несли тяжелые потери. Еще труднее приходилось войскам, действовавшим южнее, там, где противник наносил основной удар, и Рокоссовский сознавал это. Позже в своих воспоминаниях он писал: «Главный удар противника пришелся южнее нас. Описывая военные события в районе Луцка и гордясь мужеством и умелыми действиями вверенных мне войск, я откровенно скажу: трудно представить, как бы мы выглядели, окажись под воздействием вражеских сил на направлении главного удара».

Танковое сражение продолжалось в районе Луцк – Ровно – Броды до 29 июня. Лишь 30 июня, когда гитлеровским войскам удалось достичь существенных успехов южнее, на Житомирско-Киевском направлении, 5-я армия в том числе и подчиненный ей 9-й мехкорпус, начала отход на рубеж укрепленных районов на старой советско-польской границе. В итоге грандиозного танкового сражения 1-я танковая группа противника и 6-я армия были задержаны на восемь дней; они не только понесли крупные потери, но и не смогли, как это планировалось, окружить советские соединения в районе Львова. Это признают после войны и гитлеровские генералы. Один из них, Герман Гот, писал в книге «Танковые операции»: «Тяжелее всех пришлось группе армий „Юг“. Войска противника, оборонявшиеся перед соединениями северного крыла, были отброшены от границы, но они быстро оправились от неожиданного удара и контратаками своих резервов и располагавшихся в глубине танковых частей остановили продвижение немецких войск. Оперативный прорыв 1-й танковой группы, приданной 6-й армии, до 28 июня достигнут не был. Большим препятствием на пути наступления немецких частей были мощные контратаки противника из района южнее Припятских болот по войскам, продвигавшимся вдоль шоссе Луцк – Ровно – Житомир. Эти контратаки заставили крупные силы 1-й танковой группы изменить направление своего наступления и вместо продвижения на Киев повернуть на север и ввязаться в бои местного значения».