Ян Мо - Песнь молодости

— Ну, хватит канителиться, пойдем со мной без всяких разговоров в управление!

Взглянув на него, Цзян Хуа удивленно спросил:

— Как ты можешь так поступать? Вспомни, какие мы с тобой были друзья! Позволь мне еще подумать.

— Хватит раздумывать! — Мэн с угрожающим видом схватил его за плечо. — И так я с тобой много времени потерял. Пошли!

— Ну что же, идти так идти! — согласился Цзян Хуа. — Но, старина Мэн, мне нужно покончить с одним дельцем, и здесь не обойтись без твоей помощи. Два дня назад, еще до моего отъезда сюда, я по почте перевел на имя одного приятеля двести долларов. Дело в том, что в наших местах полно бандитов, и я боялся быть ограбленным. Сегодня утром пошел к этому приятелю, но не застал его дома. Пришлось оставить записку, чтобы он подождал меня после обеда. Вот я и хотел бы зайти сейчас и взять свои деньги. У вас в управлении без денег никак не обойдешься.

Стоило Мэн Да-хуаню услышать о деньгах, как у него от жадности загорелись глаза. Он тут же согласился помочь Цзян Хуа. И они в сопровождении все тех же четырех агентов наняли рикш и поехали.

Цзян Хуа сидел в середине, ему запретили разговаривать. Через некоторое время процессия быстро въехала в небольшой переулок.

Возле старых, облупившихся ворот Цзян Хуа велел рикшам остановиться. Подойдя к Мэн Да-хуаню, он тихо сказал:

— Старина Мэн, я хотел бы с тобой посоветоваться, как мне сейчас поступить? Мой друг Ван Ю-дэ живет здесь. Если вы войдете вместе со мной, он увидит, что меня арестовала полиция, испугается и может не отдать денег.

Мэн Да-хуань поморщился, но затем махнул рукой.

— Ладно уж, иди один. «Убежишь от монахов, но от монастыря не уйдешь!» Но только побыстрей!

Агенты жандармерии около получаса бдительно следили за тем, чтобы Цзян Хуа как-нибудь незаметно не выскользнул из ворот. Но когда их терпению пришел конец и они ворвались во двор, они увидели, что здесь никто не живет, что это всего-навсего проходной двор.

Мэн Да-хуань в бешенстве накинулся на агентов. Он так разозлился, что готов был сам себя избить.

Наблюдательный Цзян Хуа всегда старался получше запомнить расположение городских улиц, переулков и домов. Теперь эти наблюдения пригодились ему. Размышляя над тем, как избавиться от агентов, он вспомнил про этот проходной двор.

Ускользнув от «друга», Цзян Хуа отправился к Сюй Хуэй. Сидя в ее маленькой аккуратной комнатке, освещенной светом лампы, он прихлебывал из чашки чай и, посмеиваясь, говорил:

— Сюй Хуэй, я не думал, что твоя студенческая жизнь протекает так спокойно.

— Да, верно, я здесь чувствую себя так же спокойно, как наши прежние императоры на своем золотом троне. Я выработала целую систему приемов для своей безопасности.

Сюй Хуэй подлила ему чаю. Затем она закрыла окно и села рядом:

— Ли Мэй-юй, я вижу, ты становишься все опытнее. — Она улыбнулась, но улыбка получилась грустная. — Ты знаешь, Лу Цзя-чуаня арестовали… если его отправили в Нанкин, то, наверное, уже расстреляли… От Ло Да-фана с тех пор, как он ушел в армию, тоже нет никаких известий.

— Ты знаешь что-нибудь о Шэнь И?.. Его присудили к пожизненному заключению, и я очень боюсь, что больше никогда его не увижу… — Из глаз девушки потекли слезы.

Шэнь И был подпольщиком, которого Сюй Хуэй любила, и хорошим другом Цзян Хуа еще по Шанхаю, где они вместе руководили рабочим движением. Услышав печальную весть, Цзян Хуа повернулся спиной к лампе и, глядя невидяшим взглядом на портрет Монтескье, висевший на стене, после долгого молчания медленно произнес:

— Сюй Хуэй, я понимаю твое горе и знаю, что слова тут не помогут. Сколько хороших товарищей мы потеряли за последние два года!.. Но, несмотря ни на какие жертвы и муки, стоит лишь вспомнить о победе, и весь этот кошмар отступает на задний план. Верно?

— Верно! Ты прав, — несколько оживилась Сюй Хуэй. — Все же как долго мы с тобой не виделись. Расскажи-ка о себе. Что с тобой случилось после твоего отъезда из Динсяня? Я не ошиблась, когда говорила, что Линь Дао-цзин надежная явка?

Листая страницы конспекта лекции на столе, Цзян Хуа ответил:

— Обо мне потом. Сейчас давай поговорим о тебе. Сюй Хуэй, тебе больше не придется спокойно восседать на своем «троне»: организация переводит тебя на другую работу. Ты можешь отсюда уехать?

Сюй Хуэй с удивлением посмотрела на него: Цзян Хуа по-прежнему, наклонив голову, листал конспект.

— Что? Я должна покинуть университет?..

Он отложил конспект и встал: