Айн Рэнд - Атлант расправил плечи

Однако дотация из Вашингтона в тридцать миллионов долларов была вложена в проект «Соя»: громадные поля в Луизиане, где созревал урожай сои, посевы которой пропагандировала и организовывала Эмма Чалмерс для того, чтобы изменить пищевые пристрастия нации. Эмма Чалмерс, больше известная как Мамочка, была старым социологом, она много лет слонялась в Вашингтоне по барам, как другие женщины ее возраста и типа. Непонятно, почему гибель сына во время катастрофы в туннеле создала ей в Вашингтоне репутацию мученицы, усилившуюся после недавнего обращения в буддизм.

– Соя – гораздо более здоровое, питательное и экономичное растение, чем все экстравагантные продукты, которых расточительная, сибаритская диета приучила нас ожидать, – заявила Мамочка по радио; голос ее всегда звучал так, будто падал каплями, но не воды, а майонеза. Соя представляет собой превосходный заменитель хлеба, мяса, овсянки и кофе, и если мы все будем вынуждены принять сою как основной продукт питания, это покончит с национальным продовольственным кризисом и позволит прокормить больше людей. Больше еды для больших масс – вот мой лозунг. Во время всеобщей отчаянной нужды наш долг – пожертвовать своими расточительными вкусами и вернуться к процветанию, приспособясь к простой, здоровой еде. Народы Востока прекрасно питались соей в течение столетий, у них мы можем почерпнуть очень многое.

– Медные трубы, мисс Таггерт, не могли бы вы найти для нас где-нибудь медные трубы? – молили голоса по телефону. – Костыли для рельсов, мисс Таггерт! Отвертки, мисс Таггерт! Электролампочки, мисс Таггерт, у нас нет их нигде в радиусе двухсот миль!

Однако пять миллионов долларов были истрачены Комитетом укрепления духа на труппу народной оперы, она разъезжала по стране и давала бесплатные представления людям, которые ели всего один раз в день и не имели сил дойти до оперного театра. Семь миллионов долларов было выдано психологу, руководящему проектом по разрешению всемирного кризиса путем изучения природы братской любви. Десять миллионов пошло на изготовление новых электронных зажигалок, но в магазинах по всей стране не было сигарет. В продаже имелись фонарики, но не было батареек; продавались радиоприемники, но отсутствовали радиолампы; можно было купить фотоаппараты, но не было пленки. Людям объявили, что производство самолетов «временно приостановлено». Путешествия по воздуху в личных целях запретили, и билеты резервировались только для миссий «общественной необходимости». Промышленник, отправляющийся в путь для спасения своего завода, не мог сесть в самолет, – это не считалось общественно необходимым; но миссия вылетающего для сбора налогов чиновника была таковой, и он мог улететь туда, куда ему было нужно.

– Люди крадут болты и гайки с рельсовых пластин, мисс Таггерт, крадут по ночам, а наши запасы кончаются, склады отделения пусты, что нам делать, мисс Таггерт?

Однако в Народном парке в Вашингтоне были установлены для туристов цветные телевизоры с экраном в четыре фута по диагонали, а в Государственном научном институте возводился суперциклотрон для изучения космических лучей, строительство должно было завершиться через десять лет.

– Беда нашего современного мира заключается в том, – сказал доктор Роберт Стэдлер на церемонии закладки циклотрона, – что слишком много людей очень много думают. В этом причина всех нынешних страхов и сомнений. Все просвещенное население должно оставить суеверное поклонение логике и вышедшее из моды доверие к разуму. Как неспециалисты оставляют медицину врачам, а электронику – инженерам, так и люди, неправомочные мыслить, должны предоставить все мышление специалистам и верить в их высший авторитет. Только специалисты способны понять открытия современной науки, доказывающие, что мысль – это иллюзия, а разум – миф.

– Этот век невзгод – божья кара человеку за грех доверия разуму, – торжествующе рычали мистики всех сект и видов на уличных перекрестках, в пропитанных дождевой водой палатках, в рушащихся храмах. – Это тяжкое испытание – результат попытки человека жить разумом! Вот куда завели вас мышление, логика и наука! И спасения не будет, пока люди не поймут, что их смертный разум бессилен решить их проблемы, и вернутся к вере, вере в Бога, вере в высший авторитет!

Дагни ежедневно противостоял конечный продукт всего этого, наследник и контролер – Каффи Мейгс, человек, недоступный мысли. Мейгс в полувоенном мундире расхаживал по кабинетам «Таггерт Трансконтинентал» , постукивая блестящим кожаным портфелем о блестящие кожаные гетры. В одном из карманов он носил пистолет, в другом – кроличью лапку.