Он спешит. Хотя до завода и недалеко, но скоро должен быть гудок на обед. Дорога идет под гору, по длиннейшему пологому съезду [14] … по длиннейшему пологому съезду… — Речь идет о Казанском съезде — дороге для спуска с Сенной площади (недалеко от нее дом Весовщиковых) к Волге и заводу Колчина.
.
Протяжный заводской гудок раздается, когда Петька уже подходит к заводу. Работники толпой выходят из ворот. Люди черной цепочкой растягиваются до половины съезда, прежде чем мальчугану удается войти в ворота. Сначала он идет по хозяйственному двору, где сложено железо, чугун, уголь. Потом через узкую калитку, откуда с обыском выпускают рабочих, попадает на завод.
Петька входит в токарную и идет мимо станков, мимо громадного точила в медницкую, а из нее попадает в литейную — высокое здание без потолка. Большие окна здесь черны от копоти, в воздухе, густом от пыли, чад жаровень, на которых просушивают опоки [15] Опоки — обычно металлические ящики без дна, в которых помещаются земляные формы для отливки деталей из расплавленного металла.
, и тошнотворный запах от масляных ламп. Литейная пуста, и только Андрей Михайлович с двумя подручными расставляет формы для литья. Лицо у него тоже все черное, лишь зубы да белки глаз сверкают.
Отец замечает Петьку, неторопливо подходит к нему, берет обед, садится на ящик из-под свечей, расставляет горшочки. Перед обедом он выпивает рюмку водки, морщится, крякает, потом подносит по чарке подручным.
Пока отец ест щи с черным хлебом и гречневую кашу, Петька равнодушен, но когда очередь доходит до сладкого супа, он не может оторвать глаз от отца. Андрей Михайлович лукаво усмехается в усы. Супу остается все меньше и меньше. Петька не выдерживает, шумно, безнадежно вздыхает и отходит в сторону.
— Доедай суп, Петька! — говорит вдруг Андрей Михайлович и протягивает ему горшочек.
Петька помнит наставления матери и потому сначала отказывается:
— Ешь сам, тятя! Ты любишь! Я мамке сказал, чтобы больше наливала!
Андрей Михайлович весело смеется:
— Доедай, дурачок! Я уже наелся! Расти скорей!..
Уговаривать Петьку не приходится, он с наслаждением ест суп и с удивлением думает: «Самую-то гущу и не доел!»
Когда суп доеден, мальчик решительно заявляет:
— Водку я пить не буду. Она горькая. Я лучше сладкого супу.
Мужики хохочут.
— Когда стану работником! — поясняет Петька.
— А водка-то слаще супа! — шутит Андрей Михайлович.
— Ну да! Сказывай! Только маленькую чарку выпил, а сморщился, как от перца с горчицей. Небось, когда ел суп, не морщился.
Отец и подручные снова смеются.
— А теперь смотри, как медь плавится! — говорит Андрей Михайлович, поднимая железную плиту.
Плавильная печь устроена в вырытой в земле яме. Петька боязливо подходит к ее краю и видит внизу сильный огонь, на котором греется большой красный горшок. В него отец бросает связки оловянных прутьев и мешает их железной кочергой. Когда бронза готова для разливки, подручные вытаскивают длинными клещами раскаленный тигель [16] Раскаленный тигель — Небольшая металлическая емкость, облицованная изнутри огнеупорной глиной. Применяется для плавки металла.
, вставляют его в железное кольцо с четырьмя ручками и наклоняют. Огненный металл течет в литники опок [17] Литники опок — Отверстия, через которые расплавленный металл заливается в земляные формы опок.
. Потом в тигель снова бросают куски красной меди и осторожно опускают его в печь.
Отец показывает Петьке отлитые краны и форсунки. Все это так интересно, что Петька, будь его воля, век бы отсюда не уходил. Но отец подает ему уже увязанные в платок горшки, ласково подталкивает к дверям литейной. У калитки его обыскивает сторож. «Как вора!» — возмущается Петька, оказавшись на хозяйственном дворе. Навстречу ему теперь несутся две громадные сторожевые собаки. Петька сильно трусит, прячет горшочки за спину, но идет не останавливаясь. Собаки перестают лаять, обнюхивают Петьку, провожая его до самых ворот.
Поднимаясь по длинному съезду, Петька думает, как хорошо бросать в расплавленную медь оловянные прутья и мешать металл железной кочергой, отливать красивые штучки и есть каждый день сладкий суп.
Дальше Петька думает, как бы самому устроить дома литье. Главная трудность в том, что негде плавить.
И Петька решает отложить литье до зимы, когда начнут топить голландскую печку. Но припасы для будущего литья начинает делать уже сейчас: за кузницей в куче шлака попадаются и старые ржавые гвозди, и маленькие кусочки железа, и обломки свинцовой обивки от пролеток и экипажей. Петька и раньше играл такими обломками, не зная им цены.
Читать дальше