Иоанна Хмелевская - Пафнутий

Мельхиор задал умный вопрос:

– А этот чужой олень тоже потерял свой дом?

– Ну да, – ответил дятел удивленно. – Разве вы ничего не знаете?

– Да откуда же мне знать? – раздраженно воскликнула Марианна. – Пафнутий всю зиму спал, как… как не знаю кто, никаких новостей мне не приносил. Я тут все время одна-одинешенька, оторвана от мира, никакой информации. Говори скорее!

– В соседнем лесу случился страшный пожар! – мрачно сообщил дятел. – Такое несчастье, такая беда! Звери и птицы разбежались кто куда. Некоторые в наш лес прибежали, другие так и маются по паркам да лесополосам. Первыми прилетели птицы, они и рассказали о пожаре.

Марианна содрогнулась от ужаса.

– Кошмар! А от чего пожар случился?

– От людей, ясное дело. Разожгли костер, ветер дул сильный, от огня занялись сухие сосны…

От волнения дятел не мог продолжать. Потрясенный, Пафнутий не мог и слова сказать. Марианна, как всегда, прыгнула в воду, чтобы успокоиться, и одну за другой выловила три большие рыбины. Пафнутий проглотил их, одну за другой, даже не заметив, но это помогло ему прийти в себя.

Для диких зверей нет большего несчастья, чем лесной пожар. В огне гибнет лес, гибнут и звери, и птицы.

– Такое несчастье, а ты даже аппетит не потерял, – упрекнул дятел Пафнутия.

– Ничего ты не понимаешь! – печально возразил Пафнутий. – Когда я очень расстраиваюсь, у меня развивается просто зверский аппетит. Успокоюсь лишь после того, как немного перекушу.

– Тут нечего успокаиваться! – гневно вскричала Марианна. – Тут думать надо, как помочь погорельцам! Я считаю: очень некрасиво со стороны Клемента драться с собратом, которого постигла беда. Ведь и без того ясно, что Клемент – самый сильный олень в мире. Мог бы оставить погорельца в покое.

С неожиданной для него самого энергией Пафнутий горячо поддержал Марианну.

– Очень правильно считаешь! На всех этих зверей свалилось страшное несчастье, и мы просто обязаны гостеприимно их встретить. Немедленно займусь этим делом!

И медведь, решительно поднявшись с земли, быстрыми шагами устремился в лес. Мельхиор удивленно проговорил:

– Гляди-ка, как его разобрало. А ты говорила – твой друг Пафнутий, хоть и добрый, но очень уж нерешительный и медлительный зверь. Что-то непохоже…

Марианна и сама была удивлена.

– Значит, был таким или я ошибалась. Вернее, отзывчивым и добрым он всегда был, а вот решительности у него прибавилось за зиму, факт. Вырос, наверное, совсем стал взрослым…

Энергично шагая по весеннему лесу, Пафнутий тоже удивлялся сам себе. С чего вдруг на него нашло такое? Ведь раньше командовала Марианна, а он лишь послушно выполнял ее распоряжения, теперь же сам вдруг принял решение и без колебаний кинулся его выполнять. И понял – потому, что в их лесу он был самым большим и сильным зверем, вот и обязан следить за порядком. Никто лучше него не справится с такой задачей. В этом убеждали и подвиги прошлых лет, а ведь тогда он был еще подростком. Теперь же стал большим, сильным медведем. А то, что пришлось пережить в минувшие годы, – как-то накопилось в нем и отложилось в голове. Многое теперь стало ему понятно. А главное, Пафнутий понял то, что стал совсем взрослым.

Пафнутий шел туда, откуда доносились шум и треск, стук и топот и другие звуки ожесточенного боя. На большой лесной поляне Клемент все еще сражался с чужим оленем.

Подходя к поляне, месту боя, Пафнутий наткнулся на перепуганную косулю Клементину.

– Ох, не ходи туда, Пафнутий, – нервно пролепетала косуля. – Ох, здравствуй, Пафнутий, ведь мы еще не виделись. Ох, нельзя им мешать!

И опять Пафнутий проявил не свойственную ему ранее решительность, заявив:

– А я как раз намерен им помешать!

– Привет, Пафнутий! Как дела? – поздоровался лис Ремигий.

Удобно устроившись под кустом, он с большим интересом наблюдал за боем с безопасного расстояния. И счел нужным высказать свое мнение:

– Давно я за ними наблюдаю. И сдается мне, на этот раз их бой проходит как-то странно. Нетипично как-то…

Пафнутий какое-то время внимательно наблюдал за бойцами, а потом сурово спросил лиса:

– Что значит «нетипично»? Что ты хотел этим сказать?

Лис не стал увиливать. Свое мнение он всегда ценил очень высоко, а поскольку был лисом умным и многоопытным, оно и в самом деле зачастую оказывалось верным.

Вот и теперь он изложил его в нескольких словах, четко и ясно.

– То, что Клемент мог справиться с чужаком уже давным-давно, а не делает этого. Тянет и тянет. Такое впечатление, будто он вовсе не торопится стать победителем. И вообще, дерутся вяло, словно их кто-то заставляет.