Лариса Шевченко - Надежда

– Тебе даже хуже, чем мне. Каждый день от жалости страдать приходится.

– Не усложняй. Побесятся и помирятся, родные же.

– А разве после ссор они не станут меньше любить друг друга?

– Что ты все – «любить, любить»! У них и без любви забот хватает, – грубо закончил разговор Леша.

Я смутилась и умолкла.

ПОЧЕМУ В СЕМЬЯХ МАЛО РАДОСТИ?

Сегодня Леша позвал нас с Толей поиграть деревянным ружьем, которое папа сделал ему ко дню рождения. Когда мы вошли в спальню, прабабушка стучала о пол клюкой, и кричала на старшую дочь Люду:

– Перестилай постель, негодная!

– Мама, я уже три раза перестилала, – терпеливо объясняла дочь.

– Сколько скажу, столько и будешь работать… И про клизму опять забыла.

– Я вам сегодня два раза ставила. Вредно часто делать.

– Молчи… и живо готовь воду!

– Маманя, я не девочка, на пенсии десять лет, а вы все помыкаете мною. Не любите меня! – сердилась баба Люда.

– Я тебя родила, поэтому хочу – люблю, хочу – убью, – отвечала ей старуха.

Я с изумлением слушала эти речи. Значит, и моя мать могла бы меня бить, издеваться?

Слышу крик бабушки Люды:

– О, Господи, зачем мне эти мученья? Забери меня поскорее.

Теперь прабабушка схватилась за голову:

– Дура! Прекрати свару! Замолчи!

Тут прибежала баба Варя и давай бить сестру.

Мы прошмыгнули в зал и прикрыли за собой дверь, из-за которой неслось: «Помогите, убивают!»

Я в ужасе закрыла уши ладонями: «Ну, зачем, зачем они так?! Почему такие жестокие? За что бабка издевается над родной дочкой?»

С работы пришла мама Леши и, тихо проскользнув на кухню, сразу взялась за посуду. Она старательно мыла ее горячей водой, ополаскивала кипятком из чайника и расставляла сушить на горячие кирпичи. Ей осталось помыть миску, в которой лежала грязная мясорубка, но не хватило воды. За ней надо идти в колонку.

Пришлепала прабабушка Ира, взяла ещё не остывшую ложку, пополоскала её в грязной миске и села пить чай. Я удивленно посмотрела на старуху, потом повернулась к Леше. Он все видел. Когда мы вышли на улицу, Леша сказал:

– Думаешь, моя бабуля чокнутая? Просто она ненавидит мою маму и выказывает ей свое презрение.

– Но твоя мама хорошая, добрая, тихая. Чем она провинилась?

– Тем, что любимый внук женился на девушке, которая ей не понравилась.

– Твой отец любит маму?

– Любит.

– Почему тогда не защищает?

– Папа и свою родню тоже любит. Он «меж двух огней».

– Что же вы не уйдете?

– На квартиру? А знаешь, сколько денег надо платить? Да и бабушка не позволяет.

– Почему?

– А над кем ей тогда издеваться? У прабабушки для этого – баба Люда, а у бабы Вари – моя мама.

– Дурдом какой-то! – вспыхнула я.

– Зря ты так. Соседи тоже без передыху ругаются. Там бабка внуку кушать не дает. А у других пьют беспробудно и дерутся. Это еще хуже.

– А хорошие соседи есть у вас?

– Не знаю. В пятой квартире всегда тишина. Но бабушка говорит, что в тихом омуте черти водятся. Я как-то попросил бабу Варю не ругаться, а она ответила, что «пар выпускает», а то у нее злость скапливается и здоровье портит.

– А про здоровье других она не думает?

– Себя бережет. Говорит, для нас старается.

– Не надо было твоей маме в такую семью замуж идти.

– От нищеты глухая жестокая рознь в семье. Папа так говорит.

– Твоя же мама не скандалит? От характера человека все зависит.

– Не все! Не хочу про это думать!

– Тогда станешь как твой папа. Ты должен жалеть и защищать свою маму! Я бы защищала.

– Не получается, – вздохнул Леша.

Толян не вмешивался в разговор. Он машинально крутил в руках деревянный автомат.

А мне вспомнился огромный городской аквариум. Я с Ириной ходила в зоопарк. Меня тогда поразила спокойная совместная жизнь рыб разных пород. Камбала улеглась на хвост красноперой рыбе, а та даже не вздрогнула. Краб неторопливо перелез через рыбу-змею. Она тоже не заволновалась. И две рыбешки – пестрая и красная – рядом откусывали улиток со стены аквариума и не ссорились. Почему же люди в семьях ругаются?

ЛЮБОВЬ

Уже полторы недели не вижу Толика. Сегодня опять вытащила из шкафчика любимый плащ, накинула коричневую шальку и вышла на крыльцо. Вертикальный дождь плясал на тротуаре, высекая пузырьки на мгновенно образовавшихся лужах, отчего их поверхности казались скачущими. Пузыри плавали, лопались, вздрагивая, ныряли и навсегда скрывались под водой. Кипящие потоки неслись по асфальту вдоль бордюра. Вскоре сетка дождя поредела, капли стали мельче. Дождь прошел. В одном углу под навесом ребята играли в «ножички», в другом в «пристенок». Скучная игра, однообразная. Но мальчишки обсуждают каждое падение монеты с таким азартом, что дело доходит до ссор. Что они находят в этой игре? В «ножички» и то интересней. Тут ловкость вырабатываешь. Девочки у крыльца в кучку сбились. Шушукаются. Тоска.