Мария Грипе - Тайник теней

– Может, в таком случае мне лучше не показываться ему? Ради его же блага, – говорит она и умоляюще смотрит на Розильду.

Но Розильда и слышать этого не желает.

– Ни за что, мама! Это лишь отговорки. Ты прекрасно помнишь, что обещала! Наберись мужества.

Лидия надеется, что мужества у нее достаточно. Для нее будет большим облегчением наконец-то поговорить с Максимилиамом. Но только не сразу. Ему нужно успокоиться и отдохнуть. Такие неожиданные сюрпризы не к месту. Это просто жестоко по отношению к нему. Ведь неизвестно, насколько он крепок духом и телом.

– Несколько дней надо все же подождать, – говорит Лидия. – А там посмотрим, что будет. Может, все разрешится само собой.

Это не что иное, как жалкая попытка сложить с себя ответственность, еще один довод, чтобы увильнуть, считает Розильда.

– Сначала подождать денек… а потом еще несколько дней… потянуть кота за хвост… Все равно что ничего не говорить. И вместо этого папа узнает обо всем от других. От чужих людей. Ты так хочешь, мама?

Нет. Лидия нерешительно качает головой. Конечно, так она не хочет.

– Но не лучше ли, чтобы кто-нибудь другой поговорил с Максимилиамом прежде меня, – говорит она, – или, по крайней мере, подготовил его к тому, что я не умерла, чтобы он успел привыкнуть к этой мысли до того, как мы с ним встретимся?

Каролина готова была признать, что это не лишено смысла, но Розильда по-прежнему не хочет ничего слышать и лишь повторяет:

– Нет! Никаких отговорок! Папа должен узнать правду сразу, как только вернется домой. И только от самой мамы. Он имеет на это право! Его и так слишком долго водили за нос.

Тон ее неумолим, и она не может удержаться, чтобы не бросить в сторону матери укоризненный взгляд. У Лидии несчастный вид, но она не оправдывается.

– Розильда, я понимаю, что мама имеет в виду, – начала было Каролина, но Розильда перебивает ее:

– Тогда мы берем дело в свои руки, я и Арильд! Он такого же мнения. Если мамы не будет дома и она не выйдет навстречу папе, когда он вернется, мы скажем все, как есть! Что мама жива, но боится показаться ему на глаза!

– Деточка, но ведь я именно так и предлагала. Тогда у папы будет время все обдумать и известие не застанет его врасплох.

Розильда отворачивается и с минуту молчит. Затем подходит к Лидии и обнимает ее.

– Наконец-то я понимаю, что ты имеешь в виду. Это правильно. Папа должен иметь возможность принять решение. Прости меня. К сожалению, мы пока не до конца уверены в том, что папа действительно жив.

Розильда печально качает головой и продолжает:

– Я никогда не могла поверить, что папа умер… а теперь, когда мне говорят, что он жив, я вдруг начинаю сомневаться. Ведь от него самого никаких вестей. Каждый раз они приходят от других, от чужих людей… Я не знаю, чему верить. Все это кажется невероятным.

Розильда много раз говорила так. Она все еще колеблется между надеждой и отчаянием – и так все время с тех пор, как пропал Максимилиам. И теперь она не смеет радоваться прежде, чем собственными глазами не увидит отца живым – после неизвестности, после долгого ожидания…

На днях как раз исполняется два года с тех пор, как Максимилиам Фальк аф Стеншерна оказался в числе пропавших без вести. Шведские газеты с самого начала сообщили о том, что он погиб, и даже напечатали его некролог. Во всех телеграммах и уведомлениях из армии Максимилиам считался погибшим. Речь шла только о том, чтобы найти его останки и затем переправить их домой, в Швецию. Ожидание тянулось от уведомления к уведомлению, которые, наконец, и вовсе перестали приходить. Никто уже не надеялся, что Максимилиам найдется живой или мертвый.

Никто, кроме Розильды – она не теряла надежды.

И вот Арильд получает это письмо.

Его написал не сам отец, оно было составлено от его имени неким человеком, назвавшимся другом Максимилиама. Письмо не было отправлено обычной почтой, его привез в Швецию служащий Кабинета дипломатической переписки в Стокгольме. Когда письмо составлялось, Максимилиам еще не приехал в Лондон, но должен был прибыть вот-вот, очевидно, через Францию, куда попал окольными путями.

Письмо было очень кратким. Однако оно не оставляло сомнений в том, что написавший его уверен: Максимилиам жив. Хотя и серьезно ранен, но никаких подробностей не было.

Чтобы разузнать что-либо еще, Каролина и Розильда отправляются на площадь Густава Адольфа, где во Дворце Наследного принца находится Кабинет дипломатической переписки. Им даже удается поговорить с чиновником, тайно привезшим письмо, но, как оказалось, он ни о чем не имеет понятия. Даже о его содержании, хотя, когда Арильд получил его, конверт был вскрыт. Как это случилось, кто распечатал письмо, чиновник тоже не знает. Он получил задание провезти с собой в Швецию пачку писем и проследить, чтобы они были доставлены по указанным адресам. На этом его обязанности заканчиваются. Больше ему сказать нечего.