Роберт Греч - Муц-Великан

— Башня из марципана! — произнес Муц, открыв рот. Он не слышал больше рассказа Громового-Слова, не чувствовал боли в теле, — схватил обоих лилипутов, посадил одного на правое, другого на левое плечо и побежал к столице, не спуская глаз с высокой башни.

Муц все приближался к городу, Башни богатого квартала становились все выше; дома как бы выростали, и Муц уже не мог смотреть поверх крыш домов.

Навстречу ему из столицы направлялось длинное шествие: жены лилипутов в ярких платьях, рудокопы в темных бурках, строительные рабочие в светлых костюмах, лилипутам в синих штанах и блузах, крестьяне в высоких сапогах, музыканты с маленькими скрипками и поэты с взъерошенными волосами и развевающимися бантами.

То были жители столицы. Они узнали об освобожденных, обо всем, что произошло на Тюремной Горе. Они не могли усидеть за обедом, вышли навстречу великану и окружили его. Они торжествовали и ликовали:

— Он нас освободит! Он умеет рвать оковы!

Но Муц указал на свое правое плечо, где сидел Буц со своей дубинкой:

— Вот кто сорвал оковы! — сказал он.

Однако никто из лилипутов не обратил внимания на эти слова.

— Он нас освободит! Он умеет рвать оковы! — продолжали они безумствовать.

А некоторые кричали:

— Толстосумы хотели его убить! Долой толстосумов! Разрази громом замки!

Другие сначала злобно шептали, а потом воскликнули:.

— Король со своими полицейскими помогал толстосумам! Наказать короля!

Так негодовала, шумела и возмущалась толпа, пока сам Муц не заразился ее настроением. Он забыл про марципановую башню и заорал, заглушая всех:

— Наказать короля! Наказать толстосумов! Головы им откушу! Разрази громом замки!

С таким криком, все двинулись в столицу. Дело принимало серьезный оборот. В пряничном квартале заволновались толстосумы:

— Великан вырвался! Великан бежал! Поймайте его, полицейские! Вы получите награду!

И толстосумы приказали запереть ворота своих замков, вооружили слуг и спустили с цепей собак.

Пипин XIII сидел на золотом троне в совещательном зале своего дворца. Облицованный светло-желтой патокой паркет ярко блестел, на пряничных стенах искрились кристаллы из ледянцов, на потолке сверкали белые марципановые орнаменты, а глаза Пипина соперничали в блеске с окружающей обстановкой. Такой довольной и радостной улыбки давно уже не видно было на его лице. Вокруг него склонились головы королевских советников. Все они обсуждали торжественную церемонию, которая должна была сопровождать повешение Муца.

— Я предложил бы сначала повесить чудовище, а затем расстрелять его, — горячился советник Полная-Чаша, старший сын толстосума Полная-Чаша.

— По-моему, — взял слово советник Без-Забот, сын толстосума Без-Забот, — по-моему этого невежу следовало бы повесить и тут же поджарить на костре…

Но Без-Забот умолк, так как дверь раскрылась и в зал вбежал, бряцая шпорами лейб-адъютант Сыр-в-Масле, младший сын богатого толстосума.

— Ваше величество! — задыхался он еще в дверях. Ваше величество, прикажите немедленно двинуться с кавалерией на великана.

— Адъютант Сыр-в-Масле — залился смехом король и смерил бряцающего оружием лилипута с ног до головы. — Адъютант Сыр-в-Масле! Неужели вы не знаете, что великан давно уже в наших руках?

— Этто чуддовище… ссннова на своббоде, вваше королевское ввеличчество!.. Ссннова на свободе! — заикался от волнения маленький Сыр-в-Масле. — Десять минут назад он, с бандой преступников, ой… ворвался в город, разогнал полицейских и, ой, сломал виселицу при всеобщем ликовании, ой, лилипутов. Теперь он со своей ордой, ой, на пути во дворец. Подъемный мост уже поднят.

Пипин и его советники побледнели, как смерть, а лейб-адъютант Сыр-в-Масле, с дрожью в голосе, продолжал:

— Ох, только что прибыл этот, ах, тюремщик с Тюремной Горы. Он дрожит всем телом и плетет какую-то небылицу про некоего лилипута, который пробрался в тюрьму и освободил великана со всеми заключенными.

Трудно было сказать, кто побледнел больше — король или его советник.

— Бросить все войско против великана! — залепетал советник Полная-Чаша, но тотчас же вспомнил, что в столичных казармах всего около двухсот кавалеристов.

— Вызвать немедленно кавалерию! — заикнулся советник Без-Забот, но вспомнил, что двурогие пугаются великана.