Роберт Греч - Муц-Великан

— Неужели вся башня сделана из настоящего марципана? — Он помирал со смеху. — Неужели из марципана?

В кармане его что-то хрустнуло, он полез туда, вытащил последний кусочек пряника и соблазнительно поднял его в воздух.

— Видишь, Буц? Ты получишь его, если останешься со мной и поведешь меня к марципановой башне. По рукам, Буц!

Лилипут уставился в посыпанный сахаром пряник, и в упоении протянул ручонку, которая исчезла в руке Муца. Затем он с треском откусил кусочек пряника и восторженно повел глазами.

А Муц, мечтая о марципановой башне, снова расхохотался и вдруг услышал, что у него что-то булькает в кармане. Он залез в карман и вытащил оттуда что-то стеклянное — какую-то бутылку.

— Быть не может. Я утащил с собой всю бутыль.

Он посмотрел на отливающую золотом жидкость и вытащил пробку. Посмотрели б вы на Буца!

— Брось! — взволнованно крикнул он, проглотил остаток пряника и выронил дубинку. Брось, брось!

Но Муц уже сделал порядочный глоток.

— Брось! Брось эту чертовщину! — настойчиво кричал Буц.

Но Муц сделал уже второй, глоток.

— Ах, как щекочет, как жжет!.. — И он выпил в третий раз — гуль, гуль, гуль! — текла в рот золотая огненная жидкость, ударяя в голову.

Бутылка опустела, зато голова Муца переполнилась. Она так отяжелела, что ему вскоре пришлось лечь. Не прошло и минуты, как ему показалось, что деревья, папоротники и травы заплясали кругом в диком хороводе..

— Ох! — снова раскрыл глаза Муц. Ох, как у него стало глупо в голове! Ах, какую чепуху понесла эта глупая голова!

— Кусты… Взгляни, Буц!.. Ведь, я Муц… или не Муц?.. Меня зовут Муц… слышишь, Муц, а тебя Буц… это забавно… Почему ты не зовешься Пипин? Ваш Пипишка хотел меня убить. Подумай, Буц, совсем убить!., Почему бы тебе не быть моим носом, Буц? Или моим дядей?.. Племянница брата моего отца дяди дочери моей тети… — Так болтал он несколько минут подряд.

Буц не вымолвил ни слова, только схватил бутылку, подбежал к ближайшему пню, размахнулся и с такой силой ударил ее о пень, что она разлетелась вдребезги. Затем он стал прислушиваться, чутко прислушиваться…

Разве не послышался хруст за соседним кустом? Буц напряг зрение, снова услышал хруст и увидел двух убегающих лилипутов в зеленых куртках. Сверкающие сабли болтались у убегающих ног и Буц расслышал, как один шепнул другому:.

— Обоих поймаем! Обоих! Король затанцует от радости.

Они бежали по направлению к столице.

Буц подскочил к распростертому Муцу и стал кричать:

— Эй, Муц! Великан! Вставай! Беда! Беда! Я видел полицейских!.

Никакого ответа. Глубокий храп вылетал из полуоткрытого огромного рта великана.

Буц не терял больше слов, схватил свою дубинку, положил на нее обе руки, оперся подбородком и стал караулить. Тихо и устало плескались волны речки на поляне. Птицы забирались в свои гнезда, и вечер распростерся над ветвями, листьями и травой.

Чутко, как индеец, стоял настраже Буц, а Муц храпел так громко, что ночные птицы шарахались в сторону.

Кругом царил полуночный мрак. Серп луны повис над дремлющим бором. Буц разминал застывшую спину. Его глаза старались проникнуть в темноту, так как издали доносился придушенный лай собак и топот.

— Эй, великан, вставай! Беда!

Но Буц напрасно кричал, напрасно расталкивая спящего. Охмелевшая голова отвечала глубоким храпом.

Не удрать ли мне одному? — подумал Буц, оглянувшись на темный лес. Но вспомнил про свое обещание, про слово, данное Муцу и остался.

Топот многочисленных шагов все ближе и ближе, послышался шопот:

— Мы видели их здесь! Сюда, Полкан! Сюда!

Не удрать ли мне одному? — вторично подумал Буц, но обещание держало его на месте. Он крепче сжал в руках дубинку и подлез под куртку великана.

Вдруг раздался громовый крик одного полицейского.

— Сюда! Тсс, Полкан! Все сюда! Хутцебуц, сатана, удрал, но великан в наших руках.

Со всех сторон вылезли из кустов полицейские: пятьдесят… сто… двести. Многие притащили с собой длинные веревки и проворно связали великана. Другие вытащили сабли, чтобы угостить спящего, если он чересчур рано проснется.

— Но ради бога не убивайте! — предостерегал обер-полицейский. — Король поклялся короной, что его ждут клетка и петля…

— Ах, как наградит нас король пряником! — ликовал другой.

— Тс, тише, чтобы не проснулось чудовище! Уведите собак! — предостерегал третий.

— Фу, как от него ужасно разит, — возмущался четвертый. Многие побежали на дорогу за ожидавшими там телегами. На рассвете, при первых лучах всходившего солнца, по Беличьему бору двигалась невиданная процессия. На четырех скрепленных вместе лилипутских телегах лежал связанный Муц. В них были впряжены десять двурогих, а двести полицейских с саблями наголо маршировали кругом.