Йозеф Плева - Маленький Бобеш

Но на этом мысли Бобеша оборвались. Его внимание привлекла высокая, статная, довольно толстая дама, которая шумно вошла в комнату и громко поздоровалась. Отвечая на ее приветствие, Якубец повернул голову от машинки и слегка кивнул. Зато Якубцова тотчас же предложила гостье стул и даже сначала обмахнула его фартуком.

Гонзик подсел к Бобешу на лавку и наклонился к его уху: «Это наша квартирная хозяйка. Отец готов эту бабу спустить с лестницы».

Бобеш поразился, какая у гостьи была особенная, замысловатая прическа: с коком на лбу и высоким пучком наверху. А глаза у нее были маленькие, как булавочки.

Якубец перестал шить, поднялся, подал хозяйке руку, спросил, что хорошего она, ему принесла, и тут же озабоченно посмотрел на сверток, лежавший у нее на коленях.

Хозяйка встала, подошла к доске, своей толстой рукой отодвинула раскроенный материал в сторону и распаковала сверток, В нем был темно-синий шерстяной материал. Якубец хмурился все больше и больше. Казалось, что этот синий материал ему совеем не нравился. Зато у хозяйки глазки теперь уже горели огнем, она похлопывала ладонью по материалу и приговаривала:

— Ну как, господин мастер, вам нравится этот материален? Вот будет костюмчик!.. Густа, вы знаете, что это будет? Мы хотим сделать рождественский подарок нашему Карлику. Надеюсь, господин мастер, вы оцените наше доверие и почтете за честь подготовить этот подарок к рождеству. Теперь вы видите, как мы вас ценим. Но и вы должны сделать все как следует.

Якубец хотел остановить красноречие домохозяйки и начал:

— К рождеству это, пани…

Но хозяйка не обратила ни малейшего внимания на его слова и продолжала:

— Карлушина мерка у вас есть. Брючки вы сделайте ему длинные, пиджачок присобранный, с матросским воротничком. Пуговицы и отделка лежат вот в этом мешочке. Я все уже приготовила, чтобы не затруднять вас. И подкладка здесь. Только смотрите, чтобы к рождеству было все уже хорошенько сделано… Значит, господин мастер, вы завтра же принимайтесь за дело. Не работа, а одно удовольствие шить из такого замечательного материала! Не правда ли? Ведь это у вас не так часто бывает.

Бобеш все больше удивлялся, как эта женщина быстро и громко говорит. Ему все казалось, что у нее не хватит дыхания.

Лицо у Якубца становилось все более и более мрачным. Он несколько раз пытался перебить ее, но ему никак не удавалось сказать больше, чем: «Разрешите, пани, я…»

Его слова тонули в стремительном потоке ее речи. Хозяйка их просто не замечала. Она слишком ясно давала понять, что теперь говорит она. И наконец она замолчала, в предвкушении, как портной будет удивляться ее прекрасному материалу, будет хвалить его… Но Якубец твердил все свое:

— Разрешите, пани, вам сказать, что до праздников…

— Я знаю, — перебила его снова хозяйка. — Да-да, это именно должно быть до праздников, само собою разумеется. Ведь я знаю, что вы для нас постараетесь. Материалу я купила на четверть метра больше, и вы, господин мастер, должны раскроить так, чтобы Карлуше вышла еще шапочка и запасец кое-какой остался на случай переделки. Вы ведь знаете, Карлуша растет, скоро придется отпускать, так что вы сделайте…

— Пани, разрешите, я вам объясню…

— Да, и побольше запаса в швах, — не дала перебить себя хозяйка. — Не так, господин мастер, как в прошлый раз. Вы слишком мало тогда припустили и лоскутов вернули нам маловато…

— До рождества готово не будет, — сказал наконец коротко и ясно Якубец.

Эта фраза хозяйку так ошеломила, что потом Якубец мог уже спокойно продолжать:

— Да, до рождества я вам, пани, ни за какие деньги ничего сделать не могу. Посмотрите вот на эту кучу материала. Это всё карнавальные костюмы, и они должны быть готовы до рождества. Если я эту работу не успею выполнить, мне не на что будет жить.

— Что? — выпалила хозяйка, и несколько секунд она еще хватала ртом воздух, словно у нее прервалось дыхание. — Что? Для нас вы не можете… Ведь до рождества еще целых две недели!

— Именно потому, что осталось только две недели. За две недели я едва успею сделать то, что взял уже раньше. И то я должен буду сидеть по ночам. С удовольствием я вам все, пани, сделаю, только после рождества. До рождества никак не смогу.

Хозяйка встала, уперлась руками в бока и немного подалась вперед:

— Вот это здорово! Вы заставили меня так долго все объяснять, а потом отказали! Вы что же, не могли сказать раньше, что для нас у вас нет времени? Ничего себе подарочек! И это все, чего мы от вас дождались за свою доброту? Если мы ждем по полгода, когда вы заплатите нам за квартиру, это хорошо. А когда мы вас о чем-нибудь попросим, у вас вдруг не оказывается для нас времени. Пан Якубец, подумайте хорошенько!